Представители бизнеса отмечают, что сильный рубль для экономики РФ сегодня пагубнее высокой ключевой ставки. Как выяснилось, чем больше сотрудников, тем меньше производительность труда. Пенсии с каждым годом растут, но коэффициент замещения от средней зарплаты по стране становится все меньше. Об этих и других парадоксах рассказала в интервью NEWS.ru член комитета по бюджету и налогам Госдумы доктор экономических наук Оксана Дмитриева.
«Охладить экономику легко, а разогреть сложно»
— На прошедшем весной Московском экономическом форуме (МЭФ) вы сказали удивительную вещь: избыточный платежеспособный спрос, который ЦБ предлагает ограничивать, замораживая рост зарплат, тем не менее формируется за счет больших процентов по депозитам из-за высокой ключевой ставки. Зачем она нужна, если одно из ее последствий — сдерживание бизнеса и, соответственно, экономики?
— Мы еще плохо прослеживаем, какие тектонические сдвиги вызваны денежно-кредитной политикой ЦБ в экономике — и в структуре доходов, и в социальной составляющей.
Дело в том, что избыточный платежеспособный спрос, о котором часто говорит госпожа Эльвира Набиуллина, формируется отнюдь не только из зарплат. В 2023-м доходы по депозитам физических лиц составляли около 2 трлн рублей (около 4% от фонда зарплаты в стране), а сейчас — 9 трлн (18% от фонда зарплаты). Так чем же платежеспособный спрос, сформированный доходами от депозитов, лучше, чем заработная плата? Там пассивный доход, тут — заработанный...
Мы наблюдаем целенаправленное охлаждение экономики. Но охладить ее легко, а вот разогреть сложно. Выходить из сложного положения все равно придется традиционными методами. При этом все эти рецепты предназначены для ситуации, когда происходит реальный перегрев экономики, а не наоборот.
«Кредиты составляют менее 10% источников инвестиций»
— Кажется, ЦБ практически дошел до таргета в 4% (по итогам 2025-го инфляция составила 5,6%), но ключевая ставка все еще высока (14,25%). Действительно ли сегодня бизнес практически обходится без дорогих кредитов?
— Да, именно так. По некоторым данным, сегодня кредиты составляют менее 10% источников инвестиций в основной капитал. Бюджетная система финансирует инвестиции в объеме более 10%. Остальные вложения в развитие — собственные средства предприятий. В обрабатывающей промышленности эта доля еще выше: в 80–90% случаев это собственные средства, причем вкладывают в основном прибыль.
— Удивительно, что и глава РСПП Александр Шохин, который представляет крупный бизнес, и экономисты, критикующие денежно-кредитную политику ЦБ, выступают за слабый рубль. Сильный рубль на самом деле бо́льшая проблема, чем высокая ключевая ставка?
— Представители предприятия говорят: «Непонятно, что по нам больше бьет, — высокая ключевая ставка или дорогой рубль». Дело в том, что сильный рубль держится уже довольно давно. Это жестко бьет по импортозамещению. Вернее, тут совокупное давление: высокая ключевая ставка, повышение налога на прибыль и фактическое увеличение налогообложения малого бизнеса (введение НДС на специальные налоговые режимы).
Член комитета по бюджету и налогам Госдумы доктор экономических наук Оксана Дмитриева
«Производительность труда давно упала»
— На Финансовом конгрессе Банка России Эльвира Набиуллина привела цифры: за последние три года инвестиции в нашей экономике выросли на треть, но пока не сказались на производительности труда. По ее словам, страна продолжает отставать от мировых лидеров. Глава ЦБ обозначила три ключевых препятствия: дефицит рабочих ресурсов, господдержка предприятий (которую, как она отметила, получают крупные и не всегда эффективные) и административные ограничения. Вы согласны с такой оценкой?
— Производительность труда, на мой взгляд, — весьма архаичный показатель. Его мерят отношением занятых к ВВП. В таком виде он абсолютно не информативен и применим к измерению однородной продукции.
На самом деле производительность труда сильно зависит от структуры экономики. Если будет сдвиг в высокотехнологичные или трудоемкие отрасли, в обрабатывающую промышленность, производительность труда, измеряемая через ВВП, снизится. Если же увеличить сырьевые отрасли, где меньше занятость, а в ВВП часто так или иначе закладывается цена на нефть, то показатель производительности труда повысится.
Специфика исчисления ВВП такова, что прибыль финансового сектора рассматривается как вновь созданная стоимость. Поэтому самая высокая производительность труда у финансового спекулянта. Он один генерирует такой объем финансовых услуг, какой крупное промышленное предприятие не сможет создать.
— Другими словами, этот показатель хорош лишь там, где можно измерить объем услуг в натуральном выражении?
— Да. Но и в этих сферах производительность труда не будет зависеть от того, что кто-то плохо работает или мало роботов. Стоит увеличить численность управленческого персонала в «Газпроме» или нефтяных компаниях, и производительность труда сразу упадет. Кстати, она давно у нас упала. Я проанализировала данные конца советского периода в сопоставлении с показателями 2003–2004 годов. При том же объеме производства в топливно-энергетическом секторе численность занятых в эти годы увеличилась в разы, а производительность труда на тонну добытой нефти и 1000 кубов газа, соответственно, упала в два-три раза. Это произошло из-за разросшегося офисного персонала в нулевые годы.
«Наибольший рост зарплат в бюджетной сфере произошел в начале 2000-х»
— Есть еще один неожиданный перекос, о котором говорили на МЭФ-2026. В стране появилась прекрасно оборудованная социальная инфраструктура, но во многом простаивающая. В отремонтированных и снабженных современной техникой школах, поликлиниках и т. д. не хватает сотрудников. В чем причина — в низких заработках или в отсутствии специалистов?
— И то, и другое. Во-первых, несмотря на указ президента Владимира Путина об увеличении зарплат бюджетников и приведение их к уровню, среднему по региону, в большинстве случаев этого не происходит. Наибольший рост зарплат в бюджетном секторе произошел в начале 2000-х, когда действовала единая бюджетная сетка и ее индексировали.
В 2008–2009 годах единую бюджетную сетку отменили, а с 2012-го изменили статус бюджетных учреждений. Не стало сметы, штатного расписания… Говорилось, что таким образом учреждение получит больше свободы и будет само определять свой бюджет. А дальше — государственное задание — деньги «идут» за учениками в школах и пациентами в больницах и поликлиниках. И что вышло?
Сначала считали «среднюю температуру» — включали в общий список управляющий персонал с высокими зарплатами. Потом эту практику стали пресекать. Тогда для улучшения отчетности педагогический и медицинский персонал стали переводить на иные должности, которые не контролировались указами президента.
Когда в 2018-м настало время выполнить указ главы государства о достижении двух средних зарплат по региону для преподавателей высших учебных заведений, научных работников и врачей, то в вузах начались сокращения и перевод на неполные ставки при той же нагрузке, а в медицинских учреждениях, наоборот, совмещение ставок… В любом случае это увеличение нагрузки.
Пациент во время приема в поликлинике
— От всего этого нет «лекарства»?
— На мой взгляд, надо восстанавливать бюджетную сетку, чтобы не было таких перекосов, как сейчас.
«Педвузы готовят мало специалистов по математике и физике»
— Ситуация с подготовкой кадров за последнее время улучшилась? Ведь об этом говорят уже не один год…
— Тут дело не только в подготовке кадров. Во-первых, с бюджетными учреждениями в здравоохранении конкурирует частная медицина, куда идет отток кадров. А в образовании — IT-сектор, который разбирает учителей физики, математики и информатики. Во-вторых, идет «перекачка» специалистов из регионов с меньшими зарплатами в более обеспеченные. Особенно это заметно на границах областей. В Москву едут на работу из Московской области, в Московскую область — из Тверской.
Что касается подготовки кадров, приведу лишь один пример, но весьма яркий. Выпуск учителей физики в крупном педагогическом университете страны может составить девять-десять человек вместо 200–400, как было в советское время в высшем учебном заведении. К сожалению, сегодня педвузы готовят слишком много психологов, специалистов по рекламе и социологии. И очень мало по физике, математике и другим необходимым предметам. Хотя в школах есть очень большой запрос именно на таких учителей.
— В СССР минимальная пенсия была ненамного меньше минимальной зарплаты. Так, в 1985-м она составляла 41% от средней зарплаты (так называемый коэффициент замещения). Сегодня — 23–27%. Почему так происходит?
— В последние годы коэффициент замещения стабильно снижается. Причин много. Первая и главная — начиная с 2014-го индексация пенсий все время отстает от роста заработной платы.
Вторая причина — дискриминация работающих пенсионеров, которым с 2016 года до 2025-го пенсии вообще не индексировали. Самый большой разрыв размера пенсий у неработающих и работающих пенсионеров был в 2022-м, когда разница достигала 6000–7000 рублей. Впрочем, частично люди сами его уменьшали, увольняясь, чтобы им пересчитывали пенсии, а потом они снова устраивались на работу. Но это не решение проблемы. Несмотря на то что с прошлого года работающим пенсионерам стали индексировать выплаты, разрыв сохраняется — примерно на уровне 3500 рублей в месяц.
Третья причина — работающим пенсионерам при ежегодном перерасчете пенсий учитывают только три балла индивидуального пенсионного капитала (ИПК). Если человек заработал больше и платил больше взносов, эти отчисления не учитываются и не влияют на размер пенсии. Таким образом, дискриминируют порядка 60% работающих пенсионеров. Считать, что все люди пенсионного возраста работают лишь на низкооплачиваемых работах, — большое заблуждение.
При каждой пенсионной реформе были потери для пенсионеров и работающих граждан. В самых плохих условиях находятся люди, родившиеся в 1967-м и позже: они подпали под все реформы.
— Накопительные пенсии, которые появились в результате зурабовской реформы в начале 2000-х, кажется, тоже себя не оправдали…
— Да, это одна из самых крупных проблем. В первую очередь ее ощутят на себе граждане 1967 года рождения и младше — те люди, у которых есть значительный накопительный элемент.
На накопительных счетах сегодня скопилось более 6 трлн рублей. Они распределены между ВЭБ.РФ («молчуны» — те, кто не выбирал, куда вложить эти отчисления) и негосударственными пенсионными фондами (НПФ). И вот что выяснилось — я это предсказывала еще в 2002-м: государственная официальная индексация страховых пенсий все равно оказалась выше, чем в накопительном элементе.
Сегодня вскрылся еще один факт: у государственного ВЭБа доходность выше, чем у частных НПФ. Глава корпорации Игорь Шувалов заявил об этом на Петербургском международном экономическом форуме. Но доходность у ВЭБа выше в основном потому, что он находится под контролем Социального фонда России. В СФР обнаружили, что за все просчеты зурабовской пенсионной реформы и недостатки обязательной накопительной пенсионной системы расплачиваться придется именно им, и стали требовать от ВЭБа обеспечивать доходность не ниже той, что составляет индексация страховой пенсии.
Но и в том, и в другом случае (ВЭБ или НПФ) те люди, которые сейчас выходят на пенсию, сталкиваются с тем, что их выплаты ниже, чем были бы при отсутствии накопительного элемента.
«Государство само себе дает в долг»
— В правительстве проводили серьезный анализ результатов пенсионной реформы?
— Нет. Но ведь платить по счетам приходится только сейчас, когда на пенсию начинают массово выходить женщины 1967 года рождения. Им сейчас 59 лет. Это первая возрастная когорта, которая отчисляла на обязательные накопительные пенсии все 12 лет, с 2002 по 2014 год.
Сегодня встает большой вопрос: как вернуть людям эти деньги. Правда, никто не хочет отдавать средства.
— Что значит «не хочет»? Они же обязаны…
— Формально да, однако есть способы избежать выполнения обязательств. Негосударственные пенсионные фонды развернули большую кампанию по внедрению программ долгосрочных сбережений. То есть призывают перевести туда пенсионные накопления и продолжать держать деньги в НПФ.
ВЭБ.РФ, декларируя более высокую доходность, тоже присоединился к программе, пытаясь привлечь эти средства себе в управление. В госкорпорации оправдывают это решение тем, что у страны появляются «длинные деньги» на инвестиции. Спрашивается, зачем? По последним данным, в 2025-м около 40% средств ВЭБа были вложены в государственные ценные бумаги (проценты выплачивает государство). То есть и в том и в другом случае государство само себе дает в долг, само этот долг обслуживает и т. д. Так стоит ли плодить дополнительные прокладки, которые еще и берут себе вознаграждение за «труды»?
Стенд российской государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» на ПМЭФ-2026 в Санкт-Петербурге
— Если доходность по накопительной системе ниже, чем индексация по страховой части, может быть, стоит закончить этот эксперимент?
— Я призываю провести грамотный анализ результатов реформы. В любом случае необходимо приостановить перевод средств в НПФ. Нужно дать наконец людям возможность переводить деньги в Социальный фонд, то есть накопительную часть — в страховую, причем с пересчетом и индексацией.
Читайте также:
Перерасчет пенсий с 1 августа: кого затронет, сколько будут выплачивать
Как выгодно взять потребительский кредит и не переплатить: 7 простых правил
Где выгодно хранить деньги в 2026 году: наличными или в банке
