«Султан» снял в последний момент, после выдержанной просто мхатовской паузы, свои возражения против приема в НАТО Финляндии и Швеции, удовлетворившись их обещанием не поддерживать Курдскую рабочую партию и совместно бороться с международным терроризмом. Будут ли выполняться такие согласованные буквально «на коленке» обязательства — большой вопрос. Но и Эрдоган, и натовская верхушка сохранили, что называется, лицо.

Теперь уже наши аналитики начинают гадать, что еще мог потребовать и получить за скобками общего соглашения турецкий лидер, известный талантом извлекать выгоду из любой ситуации. И нет ли среди таких «подарков» чего-то работающего против наших интересов.

Притом в Москве турецкого лидера воспринимают по-разному. Он и не союзник, и не слишком надежный партнер, но и не противник. Скорее эдакий попутчик, чьи интересы на определенных направлениях совпадают с российскими. Впрочем, известную истину, что у сильного государства нет и не может быть постоянных друзей, но есть постоянные интересы, никто, по существу, не отменял.

С одной стороны, Турция поставляет в зону конфликта свои «Байрактары», которые уже далеко не супероружие, но сложности на фронте все равно создают. С другой, соблюдает международные конвенции о проливах, не поддается давлению ряда партнеров по НАТО и не пропускает дополнительные натовские корабли в Черное море. Активизирует военные действия в искусственно созданной своей зоне безопасности на севере Сирии, но постоянно пытается выступить посредником на предполагаемых российско-украинских переговорах.

Новый турецкий гамбитФото: Yulii Zozuliaukrinform/Keystone Press Agency/Global Look Press

К тому же Анкара отказала Вашингтону и не послала в зону конфликта для ВСУ российские системы ПВО С-400, столь ненавидимые американцами. Правда, в последние дни в информационном пространстве появилась не благая весть о том, что якобы турецкие инструкторы через Румынию отправились в район Одессы. Но это пока никто документально не подтвердил. А вбросы разного рода фейков — это и есть составная часть тотальной гибридной войны. Тем более что первым иностранным судном, зашедшим в освобожденный порт Мариуполя, а затем без проблем его покинувшим, стал турецкий сухогруз.

Впрочем, у России и Турции могут возникнуть новые зоны взаимных интересов, о которых публично говорить не принято. Известно, что Турция Реджепа Эрдогана так и не признала принадлежность Крыма России. И, более того, пыталась раздувать проблемы якобы нарушения прав крымских татар. Но вот в среде турецких политологов время от времени проскакивает мысль о целесообразности признать российские территориальные приобретения на Украине в обмен на признание Россией Республики Северный Кипр. То есть части острова, захваченной турецкими войсками еще в 1974 году и с тех пор находящейся под турецкой оккупацией. И статус этой территории не признается даже натовцами.

Или взять Молдавию, которая при правительстве Майи Санду стремительными шагами идет к поглощению соседней Румынией. Как известно, помимо Приднестровской Республики, против которой в Киеве постоянно планируют провокации с целью открытия второго антироссийского фронта, в составе Молдавии есть еще и Гагаузия. Нынешняя автономия в составе Молдавии, населенная в значительной степени тюркоязычным народом — гагаузами, неоднократно проявляла строптивость. То не желая выходить из состава СССР, то проводя референдум о присоединении к Таможенному союзу ЕврАзЭС. Да и День Победы там в этом году отпраздновали, вопреки запретам из Кишинева.

Майя СандуФото: IMAGO/Dwi Anoraganingrum/Global Look PressМайя Санду

Вряд ли жителей этой автономии прельщает перспектива вхождения в Румынию. И в случае грядущего аншлюса они могли бы апеллировать не только к России, но и к Турции с ее пантюркистскими планами.

Так что у Турции и России могут возникнуть новые точки взаимных интересов, выходящие явно за рамки нынешнего натовского планирования. Главное, чтобы к тому моменту отношения не стали заложниками чужих игр.