Уполномоченный при президенте РФ по правам ребёнка Анна Кузнецова в эксклюзивном интервью News.ru рассказала об основных направлениях работы Аппарата уполномоченного по правам ребёнка, а также о том, на что чаще жалуются российские дети и насколько остро в наших школах стоит вопрос буллинга.


— Анна Юрьевна, сколько обращений от граждан поступило к вам в этом году?

— В Аппарат уполномоченного по правам ребёнка в этом году поступило более 50 тыс. обращений. Это обращения только официального аппарата. В пять раз выросло число обращений через социальные сети. Растёт число обращений от детей. Они пишут письма и обращаются в соцсети. Мы будем отслеживать эту тенденцию

— На что чаще жалуются дети?

— Обращения совершенно разные. Единую тенденцию выявить нельзя. Конечно, поступают, к сожалению, детские письма, по которым видно, что они надиктованы. Следовательно, есть некая манипуляция ребёнком, когда просят, например, оправдать родителя. Но чаще наоборот. Последнее обращение пришло от мальчика, который написал: «Здравствуйте. Я мечтаю о своём свитере. Ещё я очень высокий, и мои туфли мама уже не может донашивать, потому что у меня большая нога, и она в них спотыкается». Конечно, когда читаешь такие письма, хочется всё бросить и бежать на помощь. Мы нашли этого мальчика и сейчас стараемся помочь. Работаем с социальными службами и надеемся найти решения. Я считаю, очень важно, когда мы отзываемся на все детские просьбы, пусть они будут даже неформатные. Недавно дети пришли ко мне в Общественную палату рассказать о том, что они не могут встретиться с директором школы. И мы разговаривали с директором у меня в кабинете. Сейчас часть вопросов решена, их любимого учителя вернули на место работы. Чем больше у нас таких способов общения с детьми, тем правильнее. Конечно, очень важно здесь быть корректными, максимально помочь и не ранить.

 Анна Кузнецова Анна КузнецоваВедяшкин Сергей/АГН «Москва»

— В этом году много говорили о буллинге в школах. Как часто дети жалуются на травлю в учебных заведениях?

— Жалуются. Раньше у нас после жилищных вопросов, если мы берём общий срез обращений, всегда были вопросы здравоохранения. Сейчас на второе место поднялись обращения, связанные с образованием, и в них большую долю, с тенденцией к росту, занимают проблемы воспитания, к которым в основном относятся вопросы травли в школе. Это тенденция последних полутора-двух лет. Когда-то это (травля. — News.ru) имеет место быть, когда-то нет, иногда есть какие-то нюансы, которые требуют, чтобы в них пристально разбирались. Но нельзя сказать, что такой проблемы у нас нет, и закрывать на это глаза. Одна из общественных организаций провела очень интересный мониторинг. Часто на вопрос «Есть ли травля в школе?» дети отвечают да, а учитель — нет. Конечно, эти данные нуждаются в проверке, и я это подчёркиваю, но эмпирически они подтверждаются. Недооценка детской трагедии, травм, которые наносит отсутствие благополучного климата в школе, принципиально важна. Запущенный пилотный проект с Рособрнадзором по поводу мониторинговых программ в школах нам отчасти объяснил причину этого. Даже пилотный мониторинг показал, что воспитательные программы написаны формально, что, к сожалению, они все сделаны под копирку, без учёта конкретных особенностей региона, школы, её состава.

— На что сейчас в основном направлены усилия Аппарата уполномоченного по правам ребёнка?

— У уполномоченных, как у федеральных, так и у региональных, собирается самая большая концентрация детских проблем, они стекаются к нам со всех ведомств. Это нам не даёт молчать. Мы сделали дорожную карту, план действий по организации безопасности в школах. Следующий большой пласт работы — постинтернатное сопровождение и жильё для детей-сирот. Эту тему мы не оставим, будем вести её в направлении передачи Министерству строительства РФ. Мы предлагаем это как возможное решение для того, чтобы были программы по обеспечению жильём детей-сирот. Сколько можно в ручном режиме решать эти вопросы? Ко мне на приём приходила пара. Женщина беременна третьим ребёнком. Они — сироты и порядка шести лет ждут жильё. Жить им негде. Сейчас жильё им дали. Я благодарна тем, кто отозвался, но, конечно, неправильно так решать эти вопросы. В Бурятии ко мне приходил молодой человек, который около года живёт в машине, потому что жильё найти нельзя. Сейчас работает Следственный комитет, к ответственности будут привлечены люди, виновные в этой ситуации. Но пока не будет программы, будет сложно навести порядок. Вторая часть — это дорожная карта по постинтернатному сопровождению, тоже очень важный документ, который мы сделали. Мы промониторили всё законодательство, которое есть, и конкретные предложения, которые многие ведомства поддерживают. Теперь осталось только дождаться действий, следующих за этими предложениями. Семимильными шагами развивается сфера паллиативной помощи. Я благодарю президента России за поддержку той дорожной карты, которую мы разработали вместе с общественным советом и представили.

— Стало известно, что глава города Клинцы Брянской области Олег Шкуратов планирует вернуть 450 тыс. рублей за отдых детей чиновников в Турции, в который они поехали за счёт благотворительного фонда. Можно ли считать, что конфликт исчерпан?

— Выявить количество детей, которые не поехали по той или иной причине, очень сложно, потому что процедуры отбора не было организовано никакой. Были предложения, что 50 юнармейцев должны были поехать. В результате поехали не 50, от остальных не было получено официального отказа от поездки. Поэтому как рассчиталась эта сумма (450 тыс. рублей. — News.ru), не совсем понятно. Но что мне хочется сказать: откупиться от детей нельзя. Родители могут быть и довольны, и отчасти успокоятся, но самое главное — это наши дальнейшие шаги. Нужно прекратить эту практику непонятных решений в отношении детей. Важно, чтобы они (решения. — News.ru) были корректными и прозрачными, и тогда наши дети будут понимать, что всё по-честному.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен