Российской власти, категорически отрицающей существование ЧВК «Вагнер», придётся снова говорить на неудобные темы и отрицать «их там нет» — только не на Украине и в Сирии, а в далёкой Африке. Официальным ведомствам не требуется, как обычно, скрывать факт гибели и похорон соотечественников — гибель журналистов не замолчать, наоборот, надо говорить много и красиво, но ни о чём. Власть так общаться с народом умеет, народ к этому привык, околовластные его представители быстро придумают неофициальную, но компромиссную и удобную для руководства версию случившегося. Её уже можно предположить: россияне в ЦАР по просьбе законного правительства занимаются сугубо охранной деятельностью в рамках российского законодательства, и никакого отношения к мифической ЧВК «Вагнер» не имеют. 


В Центральноафриканской Республике погибли наши коллеги — неудобный, но честный журналист Орхан Джемаль, оператор Кирилл Радченко и режиссёр Александр Расторгуев. Телеканал «Дождь» сообщает, что они снимали документальный фильм о работе ЧВК «Вагнер» — это был совместный проект Центра управления расследованиями (проект «Открытой России» Михаила Ходорковского) и Расторгуева. Как утверждает источник канала, россияне были остановлены на блокпосту, когда ехали из столицы республики Банги в населённый пункт Бомбари. Что именно с ними произошло, кто виноват в их смерти — неизвестно. Правда может вскрыть ненужные детали военного присутствия россиян в ЦАР, и узнает ли её общественность — большой вопрос. В республике долгие годы продолжается конфликт. Под контролем правительства находятся лишь столица и прилегающие к ней районы, отмечали исследователи Conflict Intelligence Team в своём расследовании о «российском следе» в ЦАР.

Слухи о российских интересах в ЦАР и Судане ходят уже давно. В апреле 2018 года французская газета Le Monde сообщила, что Россия постепенно расширяет военное присутствие в Центральноафриканской республике после подписания двустороннего соглашения в декабре 2017 года. Как писало издание, после встречи в октябре 2017 года президента ЦАР Фостена-Аршанжа Туадеры с главой МИД РФ Сергеем Лавровым Москва запросила в ООН исключение из оружейного эмбарго — для поставки правительству ЦАР военной техники и запуска программы подготовки местных вооружённых сил. В декабре разрешение было получено, и 26 января российский Ил-76 совершил первый рейс в аэропорт Банги.

По данным еженедельника Jeune Afrique, в заявке Москвы на поставку оружия, одобренной ООН, речь шла о 900 пистолетах Макарова, 5200 автоматах и 840 пулемётах Калашникова, 140 снайперских винтовках, 270 ручных противотанковых гранатомётах и 20 ПЗРК, а также боеприпасах к ним. Контингент для обучения, по сведениям традиционно присутствующих в стране французов, составили пять офицеров российской военной разведки и гражданские, работающие на две местные частные компании Sewa Security Services и Lobaye Ltd. «В Банги о них говорят практически столько, сколько о мятежниках, которые собираются в провинции и грозят наступлением на столицу ЦАР. Они создают почву для самых разных домыслов и фантазий, а масштабы их влияния вызывают серьёзные вопросы. Речь идёт о россиянах: военных, наёмниках, бизнесменах и теневых советниках», — замечали в Le Monde.

22 марта Министерство иностранных дел России отреагировало на публикации и прокомментировало «характер и содержание двусторонних отношений» РФ и ЦАР. В ведомстве заявили, что с согласия Комитета СБ ООН 2127 из наличия Минобороны России на нужды центральноафриканской армии была поставлена партия стрелкового вооружения и боеприпасов. «С ведома этого Комитета туда также командированы 5 военных и 170 российских гражданских инструкторов для подготовки военнослужащих ЦАР», — говорилось в заявлении без уточнений, кто такие «гражданские инструкторы», работающие в связке с военным ведомством страны, где запрещена деятельность ЧВК. 

Руандийские солдаты из остатков коллективной миссии ООН в республике охраняют дальние подступы к Банги, в то время как россияне обеспечивают личную охрану президента и имеют неограниченный доступ к его рабочему графику и окружению, отмечали в Le Monde. Для сообщения с ЦАР Россия использует не только морской транспорт: сирийская авиабаза Хмеймим позволяет транспортной авиации совершать рейсы в Африку, перебрасывая грузы и/или персонал в ЦАР через территорию Судана, где также было замечено присутствие россиян, писали в CIT. При этом зарубежные наблюдатели подмечали, что российские «инструкторы» разместились по «сирийской схеме» — поблизости от месторождений полезных ископаемых, в том числе золота, алмазов и урана. 

Когда впервые услышал про убийство российских граждан на территории ЦАР, сначала подумал, что это могли быть мои коллеги, политтехнологи. Многие из них в разговорах со мной с радостью рассказывали о возможности в ближайшем будущем поработать в Африке. Это были те же самые люди, которые раньше работали в Донбассе. Конечно, я выражаю соболезнования членам семей погибших, их родным и близким.

Что касается власти, то она ведёт себя по отношению к деятельности частных военных компаний на иностранной территории так же, как и другие страны: государству не выгодно поднимать этот вопрос. Скорее всего, помощь родственникам погибших будет оказана, но о деятельности ЧВК постараются замолчать. Ведь ЧВК существуют по факту полулегально. Де-факто есть, де-юре нет. Хотя очевидно, что граждане РФ работают за её пределами, в том числе и как сотрудники ЧВК.

Константин Калачёв

руководитель «Политической экспертной группы»

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен