Иосиф Бродский писал в одном из своих поздних стихотворений: «Вот почему в конституции отсутствует слово „дождь“». В этом наблюдении присутствует глубокий смысл. Идеальная конституция — ёмкий и краткий документ, в котором нет ничего лишнего. В нём не может быть рассусоливаний, «воды», общих рассуждений. Она должна быть написана языком Кодекса Наполеона, о котором Андре Моруа говорил, что ему свойственен тон высокого беспристрастия. Можно вспомнить и американскую конституцию — документ в высшей степени лаконичный. Принятые же поправки только отяготили и без того, мягко говоря, несовершенный документ несвойственными ему смыслами, что и всплыло почти сразу.


На встрече с рабочей группой по подготовке предложений о внесении поправок в Конституцию 3 июля два участника — Алексей Пушков и Екатерина Лахова — подняли тему ЛГБТ. Пушков напомнил о том, что поправки закрепили понятие брака как союза мужчины и женщины, и противопоставил этому акцию американского посольства в Москве, вывесившего разноцветный флаг. Те же радужные цвета Лахова нашла на некоем отечественном мороженом и пожаловалась президенту.

Владимиру Путину пришлось объяснять, что «в России не было, нет и не будет ничего, что связано с ограничением прав по расовому признаку, по сексуальной ориентации, по национальности, по религиозным каким-то признакам».

Те, кто нас атакует по этому направлению, ломятся просто в открытую дверь. Пускай лучше за собой посмотрят. В некоторых странах, в том числе и в Штатах, до сих пор, вы это знаете, существуют нормы уголовного права, по которым людей нетрадиционной ориентации можно преследовать в уголовном порядке, как это было в Советском Союзе... У нас нет ничего подобного... Вот пускай и займутся делом, там поковыряются, а наша позиция ясна, — сказал он.

О том, что внесение вполне идеологических поправок, не несущих за собой действительных потребностей людей, вводимых только и исключительно в пропагандистских целях, может создавать ненужные проблемы, мы уже писали. Когда Основной закон используют ради сиюминутных целей, а не как документ на века — подобно той же американской конституции, то с решением одних проблем создаются другие.

Путин правильно отметил, что вся проблематика, связанная с ЛГБТ, в России не находится на первом месте, её «педалируют» маргинальные группы. Подавляющему большинству людей она вовсе безразлична. И это была нормальная ситуация, подобная тому принципу, который господствовал до недавнего времени в Вооружённых силах США: don't ask don't tell, то есть «не спрашивают — не говори». Но вот в том-то парадокс и заключается, что с одной стороны на слом статус-кво работают ЛГБТ-активисты, подражающие западной модели, думающие на борьбе за права меньшинств заработать себе капитал, а с другой — профессиональные консерваторы-охранители, которые безо всякой к тому нужды вводят в Конституцию новеллы, сознательно ухудшающие положение меньшинств.

Раньше в Конституции не имелось определения брака как союза женщины и мужчины — и никто от этого не страдал. Теперь, с принятием поправок, возможны всякого рода эксцессы, «профессиональные» ЛГБТ начнут вопить о нарушениях прав и дискриминации. То есть разжигается потенциальный конфликт на пустом месте.

Matthias Oesterle/Global Look Press

Опять-таки, можно сколько угодно упираться, но в том мире, на который РФ ориентируется, куда, по крайней мере, её элиты отправляют учиться своих детей, движение идёт совсем в другую сторону. И акция посольств США и Великобритании — тому подтверждение. Конечно, все эти радужные флаги на посольствах стран, где за секс тридцатилетней учительницы с семнадцатилетним школьником её приговаривают к четвертьвековому тюремному заключению, мягко говоря, фарисейство дурного вкуса.

Но, с другой стороны, не замечать изменения морали в обществе тоже нельзя. Есть определённый процент населения — допустим, 5–7%, — у которого свои пристрастия. Почему бы для них не ввести гражданские пакты — как это было сперва на Западе? Не называйте это браком, но дайте людям возможность заключать правовые договоры, признаваемые государством, об их отношениях. Почему такой — весьма актуальной и нужной — поправки не внесли в Конституцию? Кому бы от этого было хуже? Нормальный компромисс — не брак — уступка консерваторам, но и некие взаимные обязательства — реверанс в сторону меньшинств.

И опять, формулировка новой поправки «охранение традиционных семейных ценностей». Что такое «традиционные»? В мусульманских регионах России традиционны полигамные семьи. Их нужно охранять? Мы ведь помним эксперименты в Ингушетии во времена Руслана Аушева с узакониванием многожёнства, с запретом работать гинекологами мужчинам. Само понятие семьи — санкционированное обществом, религией, а позже и государством, ячейки для воспроизводства населения — давно утратило свой изначальный смысл. Полно бездетных семей, семей с одним ребёнком, в то же время множество детей рождается вне брака. Это всё нельзя не замечать.

Ну и как анекдот. Оказывается, радужное мороженое, отмеченное Лаховой, выпускает компания, в которой вице-президентом работает Армен Бениаминов, который и объяснял публично позицию своей фирмы, что у неё на изделии не радужный флаг ЛГБТ. Но суть заключается в том, что господин Бениаминов начинал как... ярый коммунист, прославившийся на всю страну тем, что залез на крышу Госдумы и сорвал официальный триколор, водрузив на его место флаг СССР. Сегодня он — крупный капиталист, защитник частной собственности. Таковы причуды истории, изгибы его биографии. Его пример учит нас, что всё в мире относительно и что противоположности сходятся, а схожее — расходится.

Добавьте наши новости в избранные источники