Судебная коллегия по экономическим спорам (СКЭС) при Верховном суде РФ рассмотрит по просьбе Федеральной налоговой службы вопрос о возможности взыскания с детей бенефициара компании-банкрота средств в рамках субсидиарной ответственности (право взыскания неполученного долга с другого обязанного лица, если первое лицо не может его внести). Данная ситуация будет рассматриваться в рамках дела о банкротстве столичного подрядчика ООО «Альянс», который ранее был уличён в уходе от налогов. ФНС таким образом хочет через привлечение к субсидиарной ответственности забирать у детей должников подарки родителей — недвижимость, автомобили и прочее.


Арбитражный суд Москвы признал, что компания «Альянс» (её основной вид деятельности — строительство жилых и нежилых зданий), исполняя госконтракты, опиралась на подконтрольные фирмы с целью экономии на налогах и вывода денег, цитирует «Интерфакс» материалы дела. Вследствие этих нарушений она обанкротилась и осталась должна кредиторам более 300 млн рублей.

Налоговая служба, являясь крупнейшим кредитором «Альянса», летом 2018 года обратилась в Арбитражный суд Москвы с заявлением о взыскании по субсидиарной ответственности 311 млн рублей с владельца компании Вадима Самыловских, его жены Натальи Кириенко и с двух их сыновей — Дмитрия и Даниила. Супруга, в частности, владела компаниями, которые «Альянс» использовал, исполняя госконтракты.

В соответствии с материалами дела, после банкротства организации в конце 2017 года Вадим и Наталья подарили детям два транспортных средства и восемь объектов недвижимости. Дар был сделан после признания «Альянса» банкротом, однако до подачи иска о привлечении к субсидиарной ответственности.

Demian Stringer/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Суды разошлись во мнениях в отношении остальных членов семьи Самыловских-старшего. Первая инстанция и суд округа посчитали, что за банкротство ответственность должен нести лишь глава семьи. При этом Девятый арбитражный апелляционный суд решил, что субсидиарным ответчиком будет также и его супруга, поскольку она вовлекалась в бизнес-деятельность, являлась единственным членом обществ «Векша плюс» и ЕВС, участвовавших в незаконной схеме минимизации налогообложения. При этом суды отклонили субсидиарную ответственность Даниила и Дмитрия Самыловских на том основании, что дети не контролировали должника, поэтому безвозмездное отчуждение имущества в пользу мальчиков не могло быть достаточным основанием для привлечения их к ответственности.

Детей Самыловских и Кириенко, которые, как сказано в материалах дела, на момент налоговой проверки были несовершеннолетними, ФНС требует привлечь к субсидиарной ответственности на том основании, что родители подарили им «дорогостоящее имущество», которое обладает «высокой ликвидностью». Слушания в СКЭС ВС РФ состоятся в середине декабря 2019 года.

Согласно данным аналитической системы «Контур.Фокус», «Альянс» был подрядчиком столичных структур, крупнейший контракт на сумму 1,47 млрд рублей у компании был заключён с Департаментом капремонта жилфонда Москвы на комплексное благоустройство территории, прилегающей к Варшавскому шоссе.

Закон о банкротстве вносит в деятельность бизнеса неопределённость

Субсидиарная ответственность в «банкротных» делах стала применяться всё чаще. Однако новые изменения в закон о банкротстве, введённые в 2016–2017 годах, добавили в деятельность бизнеса неопределённости, объяснили News.ru эксперты. Так, до сих пор «не устоялась» судебная практика по вопросу применения так называемой налоговой презумпции. Некоторые суды применяют её ретроспективно, то есть даже к тем отношениям, которые существовали и до её введения, о чём предприниматель не мог знать на «тот» момент.

К сожалению, мы наблюдаем тенденцию, когда субсидиарная ответственность всё больше превращается в механизм давления на должников, причём — подчеркну — на добросовестных должников! Сейчас все презумпции — против контролирующих должника лиц. А нормы закона сформулированы таким образом, что напрямую не называют лиц, имеющих возможность влиять на действия банкрота. Например, родственники, бухгалтеры, доверенные лица и так далее.

Иван Рыков

аналитик долговых рынков и председатель Комиссии по финансовой безопасности ТПП РФ

Вместо этого, продолжает Рыков, статья 61.10 закона о банкротстве определяет различные группы контролирующих должника лиц через их косвенные признаки: через возможность заключать договоры по доверенности, наличие должностного положения, нахождение в родственных или свойственных отношениях, а также через извлечение выгоды из недобросовестного поведения собственников и руководителей фирмы.

В итоге, говорит аналитик долговых рынков, кредитор имеет все права довести должника до состояния того, что заберут у него всё. То есть, по сути, у должника нет особой защиты. По его словам, российское законодательство не имеет аналогов статей, которые есть в законах о банкротстве иностранных государств, позволяющих защитить должнику себя от агрессивного поведения кредиторов. Последние же стремятся возвращать долги через субсидиарную ответственность, в том числе и через изъятие личного имущества владельцев бизнеса.

Вот почему важно сделать так, чтобы юридический механизм по взыскиванию задолженностей не превратился в инструмент давления на бизнес, подчёркивает Иван Рыков.

В данном случае налоговая предлагает следующее: а давайте мы теперь будем рассматривать одаряемых, которым представитель должника или контролирующее лицо сделали какой-то дар в качестве соответчика, в качестве соучастника, в качестве лица, которое могло контролировать действия должника. Контролирующее же лицо, получается, могло не только давать указания для должника, но и являлось лицом, которое получало выгоду от деятельности должника.

Игорь Зиневич

адвокат, эксперт по долгам и банкротствам

Раз дети получили в преддверии привлечения к субсидиарной ответственности в дар имущество директора, соответственно, они являлись выгодоприобретелями от деятельности определённых компаний. Иначе говоря, квартиры были, скорее всего, приобретены на средства от участия в этих компаниях директора и его супруги, поясняет адвокат. А раз это так, то мы хотим, чтобы в этом деле о банкротстве фирмы через привлечение отца к субсидиарной ответственности мы сразу же получили и право требования взыскания к его детям на ту сумму, которая равна стоимости этого имущества.

Иначе говоря, уточняет Зиневич, ФНС просит ВС РФ «сократить сроки, дабы добраться до имущества должника, которое он выводил недобросовестным путём, то есть передавал другим».

Адвокат видит в этой ситуации новый правовой механизм, который «позволит в деле о банкротстве компании сразу же забегать вперёд и привлекать тех лиц, которым что-то ушло от должника в преддверии привлечения его к „субсидиарке“».

Я думаю, что речь может пойти только о тех случаях, когда в преддверии банкротства банкрот выводит свои деньги, имущество и ценные бумаги на детей. Хотя, конечно, возможен и отказ в положительном решении, если это всё-таки не было связано с приобретением за счёт банкротства.

Владимир Радченко

бывший первый зампредседателя Верховного Суда РФ

В случае положительного решения в пользу ФНС, по мнению Игоря Зиневича, Верховный суд в дальнейшем может не применять данную позицию к другим делам, где не будет фигурировать, скажем, налоговая инспекция. Постановление суда второй кассации по арбитражным разбирательствам, который рассмотрит данное дело 16 декабря, не будет являться обязательным для судов, но де-факто теперь суды, конечно же, будут на это ориентироваться.

Иначе говоря, если решение примут в пользу ФНС, другие кредиторы также будут стараться использовать этот прецедент, но не де-юре, а де-факто. Потенциально декабрьский судебный акт ВС РФ может изменить конфигурацию по оспариванию сделок должника, заключил Зиневич.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен