Награжденный медалью Суворова Андрей Мазуренко ушел добровольцем на СВО в 2022 году и служил замкомвзвода связи. В интервью NEWS.ru он рассказал, можно ли привыкнуть к страху на поле боя, почему никогда нельзя недооценивать противника, как вера и чудеса помогают выживать в окопах и что заставляет ветеранов снова рваться на фронт.
«Все пошло не по плану»
— Андрей, в июне 2022 года вы добровольно подписали контракт с Минобороны РФ для участия в СВО. Чем было продиктовано это решение?
— Наверное, здесь была некоторая доля авантюризма. Да и ребята, с которыми я служил раньше в армии, позвонили и попросили помочь. У меня есть полезные навыки — я ремонтирую технику в полевых условиях. Изначально идеи воевать не было, но, как водится, все пошло немного не по плану.
— Вы ведь по военной специальности связист?
— Верно, во время срочной службы я был связистом. Поэтому и на СВО меня взяли заместителем командира взвода связи.
— Что запомнилось больше всего на передовой?
— Самое яркое впечатление — это когда удалось спасти жизнь человеку: вытащить раненого товарища из-под обстрела и оказать ему первую помощь. Это случилось во время одной из плановых ротаций — подразделения меняли с переднего края, бойцы шли на точку, где у меня был пункт связи. Противник подловил момент ретрансляции и начал обстреливать нас кассетными боеприпасами из «Града».
ВС РФ в зоне СВО
Мы укрылись, но вскоре я услышал крик о помощи одного из наших ребят. Доложил по рации командованию, что надо его вытаскивать. Мне разрешили действовать на свой страх и риск. Мы с напарником бросились помогать бойцу. У него было обильное кровотечение: пробило артерию на ноге. Мы успели перетянуть ее жгутом, перевязать рану и донести парня до безопасной зоны, где стабилизировали его, а затем отправили в госпиталь. Он выжил, все хорошо.
«Война — это страшно, но привыкаешь быстро»
— Было ли страшно отправляться на фронт? И можно ли вообще привыкнуть воевать без страха?
— Боевые действия — это, безусловно, страшно, но привыкаешь достаточно быстро. Особенно если относишься к этому как к работе — пусть тяжелой, опасной и трудной. Когда думаешь о том, как выполнить задачу, страх трансформируется в некий всплеск адреналина. Ты не ищешь способы укрыться, а пытаешься хорошо сделать свою работу, вот и все.
Скажу больше, меня до сих пор тянет обратно, несмотря на неприятные моменты, через которые пришлось пройти. Ребята из моего взвода уже вернулись на передовую. Это достаточно притягательная вещь, такая специфическая зависимость у людей, переживших пики стресса. В обычной жизни таких эмоций не испытаешь.
— А как быть со стрессом после боя?
— Как и в обычной жизни, какое-то экстремальное событие ты прокручиваешь в голове «по кадрам». И мозг нужно загружать — анализировать, что ты делал правильно, а что — нет. Конечно, в стрессовой ситуации мы действуем автоматически. И нужно постоянно тренировать любые свои движения, навыки, чтобы они проявлялись неосознанно.
— Верите ли вы в Бога? И если да, то помогает ли эта вера?
— Как говорится, неверующих в окопах нет. Даже если ты не веришь в существование высших сил, на фронте это обязательно изменится. Есть классическая поговорка: если Бога нет — его нужно придумать. В стрессовой ситуации необходимо себя мотивировать верой даже не в высшие силы, а в то, что все будет хорошо и все получится.
Андрей Мазуренко
Не секрет, что наших воинов на задание отправляет священник. Точнее, он последний, кто видит их перед отправкой. Это не просто ритуал — это абсолютно оправданно и эффективно. Те, кто прежде не верил или относился к вере скептически, на СВО как минимум проникаются ею.
— А случались ли чудеса с вами или на ваших глазах?
— Сплошь и рядом. Я думаю, каждый боец может рассказать историю, когда он был в одном месте, но что-то его подтолкнуло влево-вправо или вперед-назад — и в ту же секунду туда, где он стоял, прилетает снаряд или очередь автоматная проходит. Поэтому чудес на самом деле полно. И у меня такое было, и с моими товарищами тоже случалось.
«Побеждает тот, кто уважает противника»
— Что вы думаете о противнике?
— Как минимум недооценивать противника нельзя, это точно. Бояться его тоже не нужно. А еще не стоит стесняться учиться у него. Если он где-то эффективно проявил боевые качества, можно взять это на вооружение. Если не получается договориться, то драться с ним его же оружием. История показывает, что люди, которые уважают противника и учатся у него, в конечном итоге побеждают.
— Как вы оцениваете украинских солдат?
— У них такой же менталитет, [как и у нас,] и в этом есть сложность. Это такие же русские люди. Они думают как мы, а мы думаем как они — и можем предугадывать события. Другое дело, когда на этот менталитет накладываются управление и организационное мастерство стран Запада. Я в своей гражданской карьере много изучал инженерную школу — западную и американскую. Западный человек силен в своей рациональности. Зато там, где европеец или американец никогда не станет выполнять задачу, наш пойдет. Мы отважные до безумия.
«Я просто не успел за своей колонной»
— На СВО вы получили ранение. Как это произошло?
— У меня были ранения обеих ног. Правую сильно разорвало осколком 120-й мины. В принципе это был классический встречный бой, противник наступал. Надо отдать должное командиру нашего батальона, он всегда лично нас вел во встречную атаку — самую непредсказуемую и тяжелую. Враг уже начал отсекать нас огнем артиллерии, а я просто не успел за своей колонной и попал в огневой вал отсечения. Первый разрыв меня просто швырнул на землю, второй — достал в окопе. Не знаю как, но мне просто повезло выжить. Это тоже одно из чудес, которые со мной случились.
— И какие последствия?
— Слава богу, остался при своих ногах. Есть небольшие проблемы с функциональностью правой, но в целом врачи спасли конечности. Пользуясь случаем, передаю благодарность нашей петербургской Военно-медицинской академии: зашили, практически все работает. В общем-то, я здоровый человек, если сделать скидку на возраст и ветеранство в целом.
— Вы планируете вернуться на фронт?
— Это непростой вопрос. К сожалению, на СВО погиб мой брат-близнец, и я считаю, что долг стране наша семья отдала. Но, повторюсь, меня тянет обратно. Более того, я считаю, что этот конфликт для нас не последний — нужно готовиться воевать дальше. Я обязательно встану на защиту Родины, как бы пафосно это ни звучало.
— Что самое главное вы поняли для себя на СВО?
— Жизненное правило — помогай ближнему своему, и это тебе вернется. Я старался всем по максимуму помогать на своей должности — давать ребятам позвонить, зарядить телефон. Да и вообще сама связь — это организация информации, передача сведений в батальон. Без нее не будет управления, а без него — нормального боя. Помогаешь людям — и они тебя никогда не бросят.
— Что бы вы сказали молодому поколению?
— В первую очередь посоветовал бы учиться. Сейчас очень большие требования к интеллектуальным способностям, к физическим возможностям. Несмотря на то, что война становится все более технологичной, решают все равно ноги, физическая подготовка и голова. Так что учитесь — и будет проще не только в бою, но и в жизни.
Читайте также:
Отбил дрон рукой: составили список самых невероятных подвигов бойцов ВС РФ
Новые Гераклы эпохи СВО: семь отчаянных подвигов российских солдат в борьбе с НАТО
