Заурбек Сидаков защитил титул чемпиона мира по вольной борьбе в одной из самых конкурентных весовых категорий до 74 кг и вновь на пути к победе обыграл своих главных соперников, многократных чемпионов мира Джордана Барроуза и Франка Чамисо. Он посвятил победу жертвам теракта в Беслане. В эксклюзивном интервью News.ru он рассказал, как пережил трагедию 15-летней давности, почему родители его не отпускали в борцовскую секцию, кого он считает примером для себя на ковре и в жизни и какую счастливую примету намерен использовать на Олимпиаде в Токио.


— Говорят, что удержаться на вершине сложнее, чем её покорить. Для вас какая из побед на чемпионатах мира была более сложной и приятной?

— Первая победа была более приятной, потому что в тот момент я добился того, к чему стремился в жизни с малых лет. Также у меня тогда был очень непростой путь к финалу, поэтому далась она мне тоже тяжелее.

В этот раз вам вновь пришлось победить и Барроуза, и Чамисо. За год соперники сумели придумать что-то новое против вас, чем-то удивить?

— Нет, всё так же было, как и год назад. Более того, сейчас я чувствовал себя гораздо увереннее. Так что сказал бы, что у них ничего не изменилось, а я добавил.

— Почему с переходом в 74 кг у вас так улучшились результаты, ведь по логике в олимпийском весе конкуренция выше, чем в неолимпийском — 70 кг?

— В 70 кг мне было тяжелее бороться, потому что где-то в скорости уступал соперникам, был выше ростом, а когда перешёл в 74 кг, сразу начал выигрывать и быстро привык к этому весу. Мне комфортно здесь бороться, потому что это мой вес. Когда выхожу бороться, чувствую себя увереннее и в физической мощи новым соперникам не уступаю.

— И много гонять вам теперь не надо?

— Нет. Мой обычный вес 75–76 кг, а после тренировки бывает и меньше.

— После двух побед на чемпионате мира вы понимаете, что на Олимпиаде от вас ждут только золотой медали. С такой ответственностью сложно справиться?

— Пока что я не думаю об Олимпиаде и не загружаю себя ответственностью. Тренерский штаб ещё не решил, освобождать меня от отбора на чемпионате России или нет, поэтому я ещё должен завоевать место в олимпийской команде. Если скажут, что я должен бороться, буду бороться. Поэтому сначала на Олимпиаду нужно попасть, а потом уже думать о победе. Но понятно, что если я поеду в Токио, то задача может быть только одна — золотая медаль.

— В этот раз, как год назад, вам секундировал в финале легендарный земляк Арсен Фадзаев, но тогда его присутствие было вызвано травмой главного тренера Дзамболата Тедеева. Сейчас просто решили не менять победной традиции?

— Да. Арсен Сулейманович сразу сказал, что, если я выйду в финал, он будет моим секундантом. Конечно, мне было очень приятно, что такой заслуженный человек помог мне и стал талисманом моих побед.

— Если на Олимпийских играх выйдете в финал, он тоже будет в вашем углу?

— Конечно, традиций менять не будем.

— Вы с большим уважением относитесь к Роману Власову и считаете его примером для борцов. Почему у него не сложился чемпионат? Успели с ним пообщаться?

— Он для меня величайший человек, пример как в спорте, так и в жизни, человек с настоящим мужским характером. Когда мы с ним летели домой в самолёте, он сказал, что всё отдал на тренировках, чтобы выиграть, но что-то пошло не так. Но Роме нужно идти дальше, не оборачиваясь, и продолжать бороться за третье олимпийское золото. Все мы проходили через поражения на пути к победам. Нужно не думать о своих ошибках, а просто идти вперёд. Я верю, что он настоящий профессионал и очень сильный человек, который справится с этим испытанием. Другой бы уже давно сдался на его месте, после стольких травм и трудностей, а он продолжает идти к своей цели, а потому является примером для всего младшего поколения борцов.

— Победу на чемпионате мира вы посвятили жертвам теракта в Беслане. Вы живёте в этом городе. Что пережили вы и ваши близкие в сентябре 2004-го?

— Я родился и жил в селе Зильги в 5 км от Беслана. Тогда я учился во втором классе и начал тренироваться в Беслане, куда добирался на «маршрутке». Я успел прозаниматься всего две недели в секции вольной борьбы, как случился этот теракт. Я помню, как нас из школы выгнали на улицу, когда это случилось, и сказали, что в Беслане террористы захватили школу. Мы были детьми, но уже понимали, что это такое. Когда пришли домой, кадры из захваченной школы передавали по всем новостям. Прошло 15 лет, а память об этих событиях жива у всех жителей города. Очень многие семьи затронула эта трагедия. Многие мои друзья, с кем я занимался борьбой, были в этой школе в заложниках и прошли через всё это. Когда вспоминали 15 лет этой трагедии, мы на сборах смотрели многие видеоматериалы об этих событиях. Но словами и рассказами не передать то, что чувствовали родители и их дети, маленькие, ни в чём невиноватые. Поэтому я для себя решил, что если добьюсь большой победы в борьбе, то обязательно посвящу её всем им, пострадавшим в теракте в городе Беслане. Мне это удалось, поэтому я сдержал слово.

— Правда, что после случившегося родители вас не отпускали одного на тренировки в город?

— Конечно. Тогда жизнь людей изменилась. Все боялись за своих детей. Я был вынужден пропустить несколько месяцев занятий и только в 2005 году вернулся в секцию. Поначалу занимался там не очень усердно, сачковал и старался побыстрее отпроситься домой. Только после соревнований, которые я проиграл, мне стало стыдно перед тренерами. Понял, что так делать нельзя, и стал относиться к борьбе серьёзнее. Вскоре после этого пришли и первые победы.

— Какие материалы и фильмы вы смотрели о трагедии в Беслане? Что произвело наибольшее впечатление?

— Мне очень понравился фильм Юрия Дудя. Интересный, хорошо проработанный материал. Важно, чтобы люди знали правду о том, что там происходило, насколько ужасен терроризм. Сейчас по прошествии 15 лет совсем молодые люди могут уже ничего не помнить об этом, а такие вещи забывать нельзя.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен