Высокие цены на нефть в 2018 году не помогли российской экономике ускориться. Почти весь дополнительный доход от сырьевого экспорта ушёл в отток капитала из страны, никак не отразившись на показателях ВВП.

Сделавший это заявление главный экономист ВЭБа Андрей Клепач напомнил, что в начале 2018 года правительство ориентировалось на цену нефти в районе $50 за баррель. Сейчас цена близка к $70, однако «практически весь выигрыш» обратился в отток капитала, заметил эксперт. По его мнению, это напрямую вызвано опасениями новых санкций против России.

Не «сырьевое проклятие», а реальность

Ранее рейтинговое агентство S&P отметило снижение зависимости российской экономики от внешнеэкономической конъюнктуры. Но Клепач, выступивший на ежегодной конференции S&P, призвал не придавать этому особого значения, а думать прежде всего о том, как преобразовать высокие цены на энергоносители в рост ВВП. По его словам, продолжающаяся зависимость России от нефти — это не «сырьевое проклятье», а реальность и даже определённое преимущество.

«То, что мы стерилизуем и убираем из экономики фактически весь доход от более высоких цен на нефть, это не всегда благо. Это хорошо, может, для рейтингов — стабильность бюджета и стабильность курса. Но, с точки зрения экономического роста, это одна из главных причин, почему мы растём почти вдвое медленнее, чем страны с сопоставимым уровнем дохода», — считает Клепач.

Некритичные цифры

По данным Центробанка, чистый отток капитала из России в январе-октябре 2018 года составил, по предварительным оценкам, $42,2 млрд, увеличившись в три раза по сравнению с прошлогодними $14 млрд. Примерно половина этой суммы приходится на операции банков по погашению внешних обязательств, другая половина — на покупки бизнесом зарубежных финансовых активов. ЦБ по итогам 2018 года ожидает оттока капитала в размере $66 млрд при среднегодовой цене нефти $72 за баррель, в 2019 году — $25 млрд. В 2014-м, когда в отношении РФ впервые были введены санкции, он составил $152 млрд.

«Нынешние цифры оттока капитала однозначно не выглядят критичными. Дорогая нефть в 2018 году не только наполнила казну, но и обеспечила устойчивость всех макроэкономических индикаторов», — пояснил News.ru директор аналитического департамента «Альпари» Александр Разуваев.

По его оценке, положительное сальдо платежного баланса позволило продолжить накопление международных резервов и нарастить их на $35,7 млрд, причём в основном это было сделано за счёт приобретения иностранной валюты по бюджетному правилу на дополнительные нефтяные доходы. Цифры оттока капитала также показывают, что, несмотря на геополитические риски, российский частный сектор не опасается ареста своих активов за рубежом, заметил эксперт.

Фото: Vincent Thian/AP/TASS

«Конечно, приятно видеть не отток, а приток капитала, — говорит Разуваев, — однако это возможно только в случае снятия санкций. И тогда горячие спекулятивные деньги просто хлынут в Россию, поскольку местные активы будут стоить аномально дёшево, а Банк России столкнётся с проблемой импортируемой инфляции и резким укреплением рубля. Но до снятия санкций ещё очень далеко. Для этого как минимум должен завершиться конфликт на востоке Украины».

Александр Разуваев напомнил, что есть ещё административные методы регулирования движения капитала, за введение которых неоднократно выступал экономист Сергей Глазьев. Однако это очень плохая идея, отвергнутая правительством и ЦБ даже после дефолта 1998 года. В данном случае, заметил собеседник News.ru, восстанавливать доверие инвесторов и делового сообщества придётся не один год. Россия — часть глобального рынка, это одно из главных достижений экономических реформ.

Деньги в кубышке

«По официальным данным, согласно бюджетному правилу, доходы от нефтегазового экспорта поступают в Фонд национального благосостояния (ФНБ). Однако Клепач прав как минимум в одном: деньги, находящиеся в кубышке, не работают на экономику. Её развитие тормозит бюджетное правило, которое влияет на курс рубля», — сказал News.ru старший аналитик «Финам» Сергей Дроздов.

По его словам, отток капитала никак не связан с бюджетным правилом, но отчасти обусловлен тем, что экспортно ориентированным компаниям разрешили доходы от продаж оставлять на счетах в иностранных банках. Примерно в 10−15% случаев отток вызван некой локальной текучкой спекулятивных денег. Тотального бегства капиталов не наблюдается.

Бюджетное правило, напомним, — это один из механизмов формирования федерального бюджета. Он определяет максимальный уровень госрасходов, исходя из цены на нефть. Принцип его действия в том, чтобы перечислять в ФНБ переведённые в доллары дополнительные нефтегазовые доходы (которые формируются в случае подъёма фактической стоимости нефти над прогнозной) и продавать валюту за рубли в случае падения котировок ниже ожидаемого уровня. Конечная цель — снижение зависимости бюджета от конъюнктуры нефтяного рынка.