Судить и приговаривать по 282-й статье УК, в том числе по самой «легкой», первой ее части, всё еще продолжают в России. Это происходит несмотря на объявленную президентом Владимиром Путиным частичную декриминализацию уголовного «экстремистского» состава. Попытки властей охладить репрессивный пыл следственных органов уже перешли в публичное поле. Однако силовики, которым трудно оторваться от такого источника положительной статистики, как экстремизм, переквалифицируют дела, чтобы обойти новые рамки. Порой им приходится маневрировать между 282-й и статьей 148 УК «Оскорбление чувств верующих». Последняя вызывает в обществе, пожалуй, еще большее раздражение. И правоприменение по ней также начало вызывать неоднозначную реакцию свыше, в том числе в церковных кругах. Возможно, одним из симптомов описанной перипетии стал случай в Санкт-Петербурге, где осудили мужчину за видеоролик под названием «Священнослужитель вдохновенно исполняет хит из уголовного репертуара (поп поет "Мурку")» и «возбуждающий ненависть» комментарий к нему.

«Человекоподобный образ, вызывающий вражду»

Видеозапись, о которой идет речь, появилась на сервисе YouTube в начале апреля 2018 года и вызвала резонанс в СМИ, а позднее и негативную реакцию РПЦ. На ней запечатлен ужин в трапезной храма с участием священнослужителей и множества людей в одежде мирян. Один из священников, предположительно нетрезвый, танцует и воодушевленно поет блатной хит «Мурка», который считается одним из гимнов советской и российской уголовной романтики. Уже на следующий день пресс-секретарь предстоятеля РПЦ Александр Волков назвал поведение клирика выходящим за грань допустимого. Главным героем импровизированного клипа оказался Венедикт Цирков, служивший в Орехово-Борисово. Патриарх Кирилл выгнал его из Московской епархии и отправил в один из приднестровских приходов.

В апреле 2018 года этот ролик разместил на странице в социальной сети «ВКонтакте» житель Санкт-Петербурга Иван Барбаков, сопроводив комментарием. Именно содержание последнего, а не само видео потянуло на уголовное дело. Помимо этого, следователи подшили к материалам два ранее опубликованные им поста с картинками. В приговоре суда один из них описан так: «Изображение с двумя анимационными изображениями по типу противопоставления: слева — лик Иисуса Христа, справа — человекоподобный образ, в котором, согласно заключению эксперта, выявлены признаки действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам национальности (евреи)».

Корреспонденту News.ru удалось найти во «ВКонтакте» две страницы, принадлежащие одному и тому же 33-летнему жителю Санкт-Петербурга Ивану Барбакову. Нельзя быть уверенным в том, что речь идет именно об осужденном, но на одной из этих страниц встречаются скептические отзывы об РПЦ и христианстве с позиций радикального почвенничества. Кстати, их владелец известен в субкультурных кругах Санкт-Петербурга как гитарист тяжелых «альтернативных» рок-коллективов.

Неизвестно точно, какой именно комментарий оставил Барбаков под роликом с поющим священником, но всё вместе потянуло на 300 тыс. рублей штрафа. По нашим временам это можно считать как успехом — за такое и посадить могут, — так и провалом. Потому что в ожидании декриминализации части 1 статьи 282, по которой и осудили Барбакова, многие следователи и суды просто закрывают дела, чтобы не сталкиваться потом с пересмотром и отменой приговоров.

Механизм оскорбления

Такой угрозы бы не стояло перед следователем, если бы он переквалифицировал преступление по статье 148 УК РФ «Оскорбление чувств верующих». В случае когда дело касается религии, грань между юридическими понятиями «оскорбление чувств», «унижение достоинства» и «разжигание ненависти» порой так узка, что позволяет эксперту делать любой нужный следствию вывод, давая разброс от одного до пяти лет лишения свободы в качестве максимального наказания. Впрочем, Барбаков получил минимальное наказание, предусмотренное статьей.

Вероятно, что квалификация по 282-й статье случилась потому, что эксперт дал выводы о разжигании национальной розни, ответив, как обычно, на правовые вопросы. Ему могли и не ставить вопросы, которые охватывали бы диспозицию 148-й, — прокомментировал News.ru адвокат международной группы «Агора» Андрей Сабинин, имеющий богатый опыт защиты обвиняемых по обеим статьям.

По словам правозащитника, если законопроект о декриминализации будет принят, а осуждённый в течение года до совершения проступка не привлекался по соответствующим статьям, его дело будет пересмотрено. По мнению Сабинина, для Барбакова это гораздо лучший исход, чем осуждение по 148-й статье.

Впрочем, с «Оскорблением чувств верующих» тоже не всё так просто. Статья была введена в УК после акции арт-группы Pussy Riot в храме Христа Спасителя в 2012 году. Тогда, чтобы наказать девушек, их пришлось судить за хулиганство. Когда же «на будущее» законодатели ввели тюремный срок за действия, которые можно трактовать как покушение на веру, это вызвало возмущение светской интеллигенции. Оно возрастало с каждым известием о возбуждении подобного дела.

Последним самым громким случаем стало дело жителя Екатеринбурга Руслана Соколовского о «ловле покемонов в храме». Изначальным поводом для его возбуждения стал видеоролик, в котором блогер играл в Pokemon Go в Храме на Крови. В ходе проверки в его блоге нашли другие записи, которые также стали частью обвинения.

Игра Pokemon GoФото: David Mirzoeff/FA Bobo/PIXSELL/PA Images/Global Look PressИгра Pokemon Go
Первоначально Соколовский был взят под стражу, однако его история вызвала огромный общественный резонанс и интерес СМИ и после ряда громких публикаций его перевели под домашний арест. В итоге суд признал его виновным, но не стал лишать свободы, несмотря на три вменённые ему уголовные статьи и более десяти эпизодов «преступлений». Более чем вероятно, что этот итог определила огласка. Окончательным наказанием для Соколовского стали два года и три месяца лишения свободы условно.

До этого, 15 февраля 2017 года, Ставропольский суд закрыл дело против блогера Виктора Краснова, который обвинялся в оскорблении чувств верующих. Поводом для уголовного преследования стала переписка Краснова в 2014 году в сообществе «Подслушано Ставрополь» во «ВКонтакте». Там в ходе спора он отрицал существование Бога и назвал Библию «сборником еврейских сказок». После этого двое его оппонентов написали заявления в полицию, и в 2015 году на Краснова завели дело. Несмотря на то, что дело было закрыто по истечении сроков давности после просьбы самого обвиняемого, многие наблюдатели считали, что в суде оно неизбежно развалится. Косвенно об этом свидетельствовала неимоверная затяжка следствия, которое то и дело приостанавливалось, а материалы возвращались прокурору, уже поступив в суд.

В другой громкой истории фигурант дела по статье 148 УК также избежал тюрьмы. В апреле 2016 года экс-преподаватель Оренбургского медуниверситета Сергей Лазаров был оштрафован на 35 тыс. рублей за опубликованное в соцсетях эссе под названием «Злой Христос». В нем автор употреблял в адрес Иисуса Христа выражения вроде «убийца», «бог-каратель», «тиран» и другие. От уплаты штрафа осужденный также был освобожден по истечении сроков давности.

Без педагогического эффекта

Практически во всех случаях, когда преследование по этой статье попадало в центр внимания СМИ и общественности, исход для фигуранта был достаточно благополучным. А реакция, как правило, была крайне острая, отчасти потому, что фигурантами таких «политических» дел становились не активисты оппозиционных движений, что стало уже делом привычным, а обычные, пусть и несколько политизированные обыватели. Как и в случае с повальным применением 282-й статьи, в один момент риск активного присутствия в соцсетях стал приравнен к риску участия в политической борьбе. Что с точки зрения властей лишает «антиэкстремистскую» репрессивную кампанию, если так можно выразиться, «педагогического эффекта», который по первоначальной идее должен напоминать о неофициальном договоре власти с народом: «Чтобы было безопасно — не лезьте в политику».

Видимо, поэтому маховик уголовных дел пошел на спад. Так, в 2017 году по 148-й статье было осуждено всего 10 человек В 2018-м — шесть, при этом все они имели дополнительно к этому сопутствующие обвинения по другим статьям.

Руслан СоколовскийФото: vk.com/sokolovskyРуслан Соколовский

В августе 2018 года администрации 50 сообществ соцсети «ВКонтакте» опубликовали открытое обращение, призывая внести поправки в Уголовный кодекс. Они просили отменить статью 148 «Оскорбление чувств верующих» и декриминализовать «экстремистскую» статью 282, тем самым остановив практику привлечения к ответственности за публикации и комментарии в Интернете. Тогда же зампред Синодального отдела РПЦ по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе призвал судей прекращать дела об оскорблении чувств верующих примирением сторон. По его мнению, верующие, выступающие заявителями и потерпевшими по таким уголовным делам, не могут ставить иной цели, кроме как добиться от подсудимого своей вины. Стало очевидно, что «политические» уголовные статьи стали для общества мощнейшим фактором раздражения. И это стало беспокоить даже тех, на чью защиту теоретически и было направлено данное законодательство.

В начале октября президент Владимир Путин внёс в Госдуму заранее анонсированный некоторыми источниками законопроект о частичной декриминализации «экстремистской» 282-й статьи Уголовного кодекса. Согласно ему, часть прежнего состава статьи будет квалифицироваться как административное правонарушение. Правозащитное сообщество считает это полумерой, так как многие из прежних дел можно переквалифицировать по другим «экстремистским» статьям, например, по 280-й УК «Призывы к осуществлению экстремистской деятельности».

Похоже, в «оттепель» поверили и не все фигуранты «экстремистских» дел. Так, 17 октября Мария Мотузная из Барнаула, обвиняемая в унижении достоинства группы лиц, выделенной по признаку расы, и оскорблении чувств верующих, покинула Россию и уехала в Киев. Там она собиралась попросить политического убежища. Это произошло уже после объявленной декриминализации 282-й статьи и сигналов о смягчении практики по статье 148 УК РФ.

Как писал News.ru, россиян стали реже привлекать за публичные экстремистские высказывания. Так, согласно данным МВД, за три квартала текущего года граждан, которые совершили преступления, попадающие под статью 282 УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»), было выявлено на 14% меньше, чем за аналогичный период прошлого года (449 лиц против 525).