Психологи объяснили «удовольствие не сопереживать». Шеншенг Ванг — кандидат психологических наук в Университете Эмори. Предметом его исследований стала schadenfreude (в буквальном переводе — «злая радость», или, по-русски, «злорадство»): учёный пытается понять, почему чужие промахи доставляют людям удовольствие. Как оказалось, все люди, даже в младенческом возрасте, очень тонко дегуманизируют людей вне своей социальной группы и именно механизм дегуманизации позволяет им злорадствовать.

Психологи уже давно были сбиты с толку этой сложной эмоцией — schadenfreude. Её отследили уже у младенцев в возрасте девяти месяцев. В анимационном фильме Inside Out от компании Pixar большая часть сюжета разыгрывается в голове главного героя Райли, где пять важнейших эмоций — радость, печаль, страх, отвращение и гнев — определяют повседневное поведение. Фильм получил восторженные отзывы. Но режиссёр Пит Доктер позже признался, что всегда сожалел, что одна эмоция не была показана — это злорадство, особое удовольствие, которое люди получают при виде чужой беды. В лёгкой форме можно испытать злорадство, когда в спортивном матче побеждена команда соперников или когда внезапно рушится карьера какой-либо знаменитости.

Фото: Monkman/Global Look Press

Психологи долго бились над тем, как им лучше понять, объяснить и изучить именно эту эмоцию: она возникает при таком широком спектре ситуаций, что почти невозможно придумать какую-то объединяющую структуру. Часть специалистов предлагала изучать злорадство совместно с завистью и негодованием; другие предпочитали рассматривать её через призму справедливости и беспристрастности, пытаясь понять, заслужил ли пострадавший своё несчастье. Третьи же убеждены, что злорадство возникает из-за межгруппового соперничества: члены группы испытывают радость, наблюдая страдания тех, кто вне группы.

Расцвет злорадства

Возможно, авторы Inside Out решили отбросить в своей работе над мультфильмом такую эмоцию, как злорадство, подумав, что она окажется слишком сложной для детского восприятия. Но они ошибались. Исследования подтверждают, что дети начинают испытывать злорадство в раннем возрасте. К семи годам дети чувствуют себя гораздо более довольными в случае победы в игре, чем при ничьей. Четырёхлетние дети часто находят чужое несчастье смешным — например, кто-то споткнулся и упал в грязную лужу. Ещё смешнее, если это происходит с человеком, который ранее насолил этим детям, скажем, ломал их игрушки. Исследователи обнаружили, что и двухлетние дети способны испытать радость тогда, когда их сверстник страдает. А в работе 2013 года учёные доказали, что даже девятимесячные младенцы злорадствуют, играя в куклы. Некоторые куклы «наслаждались» теми же видами пищи, что и играющие в них малыши, другим же доставались кусочки, невкусные в глазах ребёнка. Было установлено, что младенцы предпочитают, чтобы в процессе игры куклам, не разделяющим их вкусы, «доставалось» от тех, кто «ест» одну и ту же с ними пищу.

Применение дегуманизации

Психологи, в конце концов, остановились на том, что следует рассматривать злорадство как следствие дегуманизации — взгляд на другую личность как на «недочеловека». Люди часто описывают свою собственную группу в более человечных терминах, и такими, очень тонкими способами предпочитают отрицать человечность тех, кто вне их группы. Только тогда несчастье страдальца становится им вознаграждением. Дегуманизация происходит гораздо чаще, чем многие хотели бы думать, и психологи считают, что именно она стоит за удовольствием, которое вы испытываете, когда видите, что кто-то терпит неудачу.