Русские были там еще до Баренца: почему для России так важен Шпицберген

Резкие заявления президента США Дональда Трампа о планах аннексии Гренландии провоцируют международную напряженность и подогревают дискуссию о будущем Арктического региона и Северного морского пути. Почему в случае захвата острова Вашингтоном его следующей очевидной целью станет архипелаг Шпицберген, сейчас относящийся к Норвегии, что нужно делать Москве, чтобы этого не допустить и не отдать контроль над Севморпутем американцам, и как при этом быть с членством Осло в НАТО — читайте в колонке военного эксперта, обозревателя NEWS.ru Павла Воробьева.

Гренландия — остров преткновения

Президент США Дональд Трамп не отказывается от своей идеи аннексии Гренландии «ради обеспечения национальных интересов страны». Под ними он понимает контроль над арктической зоной, которая в условиях глобального потепления превращается в новую «кладовой человечества», а также влияние на российский Северный морской путь.

Не секрет, что вашингтонские мечтатели хотели бы объявить его зоной свободного судоходства под защитой американского флота, но... руки коротки. С другой стороны, если США будут полностью контролировать Аляску, северные острова Канады и Гренландию, то их руки раскинутся этаким зонтиком над Севморпутем и всей Арктикой.

Планы грандиозные — могут привести не к спорному ныне, а к реальному мировому господству США. И, похоже, не такие уж сказочные: конгрессмен-республиканец Рэнди Файн внес в Палату представителей радикальный законопроект, который предполагает аннексию Гренландии и предоставление ей статуса штата. По замыслу автора, контроль над островом обеспечит Вашингтону доминирование над арктическими морскими путями и укрепит национальную безопасность.

Законопроект в случае одобрения предоставит Дональду Трампу широкие полномочия для любых действий по присоединению Гренландии. Единственным условием станет обязанность главы государства отчитаться перед Конгрессом о необходимых законодательных поправках.

Для России сохранение Севморпути принципиально важно — это вопрос даже не национальных интересов, а буквально выживания страны. Российская Арктика — это огромные запасы (толком даже не разведанные) всяких ресурсов. Но экономически оправданная их разработка возможна только при наличии Севморпути — в наших руках и действующего в наших интересах.

И тут аннексия американцами Гренландии будет четкими сигналом, что они собираются «запереть» Севморпуть, контролируя выходы из него: с Аляски в Тихий океан, с Гренландии — в Атлантику. Следующий логичный шаг для полного доминирования США и вывода России из игры — захват Шпицбергена.

Архипелаг находится на стратегическом перекрестке арктических маршрутов, контролируя подходы к Северному морскому пути с запада. Если представить себе тот самый американский «зонтик» над Арктикой, то Шпицберген — это недостающее звено, которое замыкает всю конструкцию. Аляска на востоке, Гренландия на западе, а между ними — Шпицберген, висящий буквально над западным выходом из Севморпути.

Угроза для России: не паранойя, а реальность

Чем же конкретно опасен для России сценарий установления американского контроля над Шпицбергеном? Во-первых, это полное окружение российской Арктики с трех сторон — восток, запад и север окажутся под контролем США и их союзников. Севморпуть превратится из суверенного транспортного коридора в маршрут, проходящий между американскими базами. Любое судно, идущее по нему, окажется под прицелом американских систем слежения и потенциально — под угрозой блокады.

Во-вторых, экономика. Как уже говорилось, разработка арктических месторождений — углеводородов, редкоземельных металлов, других стратегических ресурсов — имеет смысл только при наличии Севморпути как транспортной артерии. Американский контроль над входами и выходами из этой артерии де-факто означает возможность экономического удушения России. Вашингтон получает рычаг давления колоссальной силы — способность в любой момент перекрыть или серьезно затруднить российские поставки через Арктику.

В-третьих, военно-стратегический аспект. Размещение на Шпицбергене американских военных объектов — радаров, систем ПРО, авиационных и военно-морских баз — выдвинет периметр НАТО к самым границам российской Арктики. Это критически сократит время реагирования на любые угрозы и поставит под удар российские арктические объекты и коммуникации.

Почему Шпицберген — Грумант

Грумант (или Груман) — старорусское название архипелага, так его называли наши поморы, которые вели рыболовный промысел в тех местах. На Груманте найдены археологические следы их поселений. А Шпицбергеном эти острова в конце XVI века назвал Виллем Баренц, который и открыл их для Западной Европы. Но археологические находки говорят о том, что поморы использовали архипелаг задолго до визита Баренца.

Долгое время принадлежность островов была спорной, архипелаг вообще считался свободной территорией, никому не принадлежащей. И только в 1920 году было заключено международное соглашение, определившее Шпицберген-Грумант как демилитаризованную зону под суверенитетом Норвегии, но с равными правами всех стран-участниц договора на разработку ресурсов архипелага.

Как России защитить Шпицберген

Что же делать России в случае угрозы Шпицбергену со стороны американцев? Здесь принципиально важно понимать: речь не идет и не может идти о захвате Шпицбергена. Это было бы грубейшим нарушением международного права, подарком для западной пропаганды и самоубийственным шагом с точки зрения геополитики.

Задача России — защитить существующий международно-правовой статус Шпицбергена, не дать американцам превратить его в свою военную базу под прикрытием норвежского флага. Защитить дипломатическими средствами, опираясь на международное право и договоренности, которые существуют уже больше века.

Первый и главный инструмент — активная дипломатия с европейскими партнерами. Да, отношения России с Европой сейчас далеки от идеальных, мягко говоря. Но даже в условиях конфронтации существуют каналы коммуникации, и их нужно использовать по максимуму. Москве необходимо донести до европейских столиц простую мысль: милитаризация Шпицбергена и превращение его в американский плацдарм — это угроза не только для России, но и для всей архитектуры безопасности в Арктике.

Стоит напомнить европейцам о Парижском договоре 1920 года, о принципе демилитаризации архипелага, о том, что Шпицберген — это зона международного сотрудничества, а не военный полигон. Нужно использовать все дипломатические площадки — двусторонние переговоры, международные форумы.

Особое внимание — к самой Норвегии. Да, Осло — член НАТО, да, там сильны проамериканские настроения. Но норвежцы — не самоубийцы. Превращение Шпицбергена в американскую военную базу автоматически сделает архипелаг первоочередной целью в случае любого конфликта. Норвежцам это нужно? Вряд ли. Здесь есть пространство для маневра, для убеждения, для поиска компромиссов.

Но что, если дипломатия не сработает?

Но что, если европейцы все-таки согласятся пустить Трампа на Шпицберген? Что, если давление Вашингтона окажется сильнее здравого смысла и национальных интересов европейских стран? Тогда Россия будет вынуждена провести операцию по возвращению архипелага под свой контроль — быстрее, чем его займут американцы. Контроль над архипелагом обеспечит безопасность Севморпути и всего российского Арктического региона.

Хоть у Груманта и демилитаризованный статус, но те, кто считают его Шпицбергеном, закрывают глаза на визиты военных кораблей (причем не только самой Норвегии, но и других стран западной коалиции) и использование станций спутниковой связи на острове в военных и разведывательных интересах (там регулярно «пасутся» люди из ЦРУ и других спецслужб).

Поэтому к возвращению островов России надо подойти ответственно и подготовить его заранее. Главная роль, конечно, будет у Северного флота и ВКС РФ. При этом можно заранее организовать там частную охрану наших рыболовов, шахтеров и ученых, чтобы загодя иметь на месте какую-то силу без нарушения демилитаризованного статуса.

А как же НАТО?

Во всех этих построениях есть одно слабое место — членство Норвегии в НАТО. А любое появление российских войск или флота на Груманте будет расценено как нападение на Альянс. Хотя еще раз повторим — речь пойдет не о нападении, а о защите.

Далее. Никто в трезвом уме не станет воевать с НАТО в том виде, в каком Альянс есть сейчас. Но... дело в том, что в случае аннексии Вашингтоном Гренландии само существование военного блока окажется под вопросом. Так, о том, что военный захват Соединенными Штатами Гренландии приведет к концу существования НАТО, заявил еврокомиссар по обороне Андрюс Кубилюс. По его словам, тогда Североатлантический альянс ожидают «страшные последствия».

Кроме того, события СВО показывают, что в конфликте обычных вооруженных сил Альянс для нас не так уж страшен. ВС РФ научились бить натовскую технику и даже войска НАТО (Польша прогоняла через Украину регулярные части своей армии, по документам значившиеся «частными добровольцами»).

А применения ядерного оружия в ограниченном конфликте (за удаленный архипелаг — это именно ограниченный конфликт) не будет. Потому что в странах НАТО совсем не горят желанием получить радиоактивное пепелище у себя во дворе из-за далеких, и, по большому счету, не нужных странам центральной Европы островов.

Читайте также:

«Не играют в европейские игры»: Венгрия становится промышленным центром ЕС

Посекли, потом добивали: как ВС РФ уничтожили «неуязвимый» F-16

Душегубка за $13 млн: «передовая» БПМ Британии стала кошмаром для солдат

Конец грузинской мечты: почему Тбилиси передумал вступать в ЕС