Секта Муна определяет политику Японии: что это значит
В Японии продолжается расследование связей правящей Либерал-демократической партии с «Церковью объединения» Муна. Под прицелом оказалась премьер-министр страны Санаэ Такаити. Как секта вообще попала в Японию, кто разрешил ей активно действовать на территории страны, при чем тут «курильский вопрос» и кто на самом деле подписал премьеру Синдзо Абэ «смертный приговор», читайте в колонке кандидата исторических наук сектоведа Александра Чаусова для NEWS.ru.
Кто и зачем пустил мунитов в Японию
Японские правящие элиты продолжает лихорадить по поводу их связей с сектой «Церковь объединения» Сон Мен Муна. В начале февраля еженедельник «Сюкан Бунсюн» опубликовал материал, в котором указывается на факт пожертвований со стороны «Церкви объединения» в адрес нынешнего японского премьер-министра Санаэ Такаити, сообщило РИА Новости.
Пристальное внимание общественности и правоохранительных органов Японии к «Церкви» Муна началось после убийства сыном одной из последовательниц секты бывшего премьер-министра Синдзо Абэ 8 июля 2022 года.
Убийца политика Тэцуя Ямагами позднее признавался, что его мать отдавала практически все деньги в организацию Муна, поэтому семья жила настолько бедно, что брат Ямагами покончил с собой.
Перед тем как рассказывать, что такое секта Муна, в чем особенности практик и доктрины этой организации, стоит напомнить, как вышло, что политические элиты Японии вообще и Либерал-демократическая партия в частности так тесно связаны с пришедшим из Кореи культом.
Как ни удивительно, начинается эта история с «курильского вопроса». В 1957 году премьер-министром Японии от либерал-демократов стал одиозный политик Нобусукэ Киси — националист и милитарист, при этом убежденный западник.
В это время продолжалось обсуждение мирного договора между СССР и Японией, который так и не был заключен. Советский Союз предлагал отдать японцам два из четырех курильских островов — Хабомаи и Шикотан, — оставив Итуруп и Кунашир в своем составе.
Однако в дело вмешались американцы, которые прозрачно намекнули правительству Японии, что если Страна восходящего солнца и Страна Советов все же заключат мирный договор, то Токио может не надеяться вернуть себе Окинаву.
Киси идейно не переваривал коммунизм, поэтому Вашингтону не пришлось долго упрашивать его аннулировать все переговоры с Москвой.
В 1960 году вместо мирного договора японский премьер совместно с американской стороной подписывает Обновленный договор безопасности, который окончательно закрепляет присутствие военного контингента США в Японии. По этому поводу жители страны устроили самые крупные протестные демонстрации в ее новейшей истории. Посланника США японцы попросту не выпустили из токийского аэропорта, и того пришлось эвакуировать на веревке вертолетом. Правительству Киси в итоге пришлось уйти в отставку.
И тут случились два важных события: во-первых, Киси, несмотря на потерю премьерского кресла, остается крайне влиятельной фигурой в правящей Либерал-демократической партии, во-вторых, натурально «едет крышей» и обвиняет в массовых протестах «коммунистических подстрекателей и провокаторов из Китая и СССР».
Ровно в этот момент в Японию прибывают первые эмиссары секты Муна с целью закрепиться на новой территории.
Как секта Муна стала опорой правящей партии Японии
Важнейший для этой истории момент заключается в том, что для мунитов коммунизм — это реальное воплощение сатаны.
В справочнике «Сектоведение. Тоталитарные секты» профессора Александра Дворкина приводятся такие аспекты мунитской «политической» доктрины: «Намеки [в писаниях Муна] указывали на Корею, откуда явится новый мессия, указывался и главный враг всех религий — коммунизм… Мун является обетованным вторым Христом (второе Пришествие уже осуществилось; и даже первая цель поражена — коммунизм, как сатанинская система ценностей, разрушен на планете за исключением Северной Кореи и Кубы, которым недолго осталось быть в лапах сатаны)».
И вот на этой почве нелюбви к коммунизму и «встретились два одиночества»: Мун и Киси. На практике это вылилось в режим максимального благоприятствования для «Церкви объединения», а также в то, что японские власти десятилетиями сквозь пальцы смотрели на типичные сектантские безобразия мунитов. Например, на «выдаивание» денег из адептов, сеть коммерческих структур, где сотрудники работали за еду, а сами структуры не облагались налогами, потому что были частью «религиозной организации».
В ответ муниты щедро жертвовали партийным функционерам и чиновникам от либерал-демократов, предоставляли бесплатных и очень трудолюбивых волонтеров на все партийные мероприятия и агитировали голосовать, да и сами голосовали понятно за какую партию. В этом смысле тоталитарные секты очень удобны, поскольку там имеет место абсолютное подчинение адептов своему гуру. Мун говорит, за кого голосовать, — все голосуют, как один.
С 60-х годов XX века секта Муна в Японии ширилась, крепла и травмировала все большее количество людей, вовлеченных в ряды этого культа. А в 1954 году, в тот же год, когда в Южной Корее была официально зарегистрирована «Церковь объединения», у Нобусукэ Киси родился внук, который позже тоже станет премьер-министром. Это был Синдзо Абэ, который, когда вырос, обещал на могилах отца и деда «во что бы то ни стало вернуть „северные территории“ (так Курилы называет официальный Токио) Японии». Вернул «на отличненько», что тут еще сказать.
Что такое «Церковь объединения» Муна изнутри
Постсоветское пространство познакомилось с мунитами в девяностые. Те явились на волне религиозных свобод и обратили самое пристальное внимание на учебные заведения нашей страны. Досталось, кстати, и тогдашней Украине. Вербовщикам культа очень понравилось в Крыму, где они провели семинар для украинских и российских педагогов из более чем 80 регионов двух государств.
Возник даже отдельный школьный факультативный курс «Мир и я», который в девяностых преподавался в 2000 школах России. Курс этот фактически внедрял в головы российских и украинских детей «Принцип» — ключевую доктрину культа Муна. Согласно ей исторический Иисус Христос «не справился» со своей миссией и не спас человечество. Теперь это должен исправить Мун, который и есть «Христос во Втором Пришествии».
Спасать нужно очень просто — женить людей. При этом пары должен подбирать сам Мун. Западные СМИ на основе свидетельств бывших членов секты, в том числе одного из сыновей Муна, утверждали, что такие молодожены — которые могли до этого вообще не видеть и не знать друг друга — во время брачной церемонии, чтобы очиститься от греха, должны выпить напиток, в который замешивались капли крови и семенной жидкости Муна.
Безотносительно брачных церемоний, адепты должны были пахать на секту в режиме 24/7. И это была не только вербовка новых членов культа, но и продажа разного рода мунитской продукции: книг, календариков, фотографий и прочего сопутствующего «мерча». За большие деньги — поскольку все, с чем соприкасался Мун, считалось в секте священным, пронизанным духовными энергиями.
Нелюбовь к коммунизму у Муна была и доктринальная, и личная. С доктриной все понятно — Муну очень не нравился атеизм и «бездуховность». А личная неприязнь базировалась на том, что, будучи выходцем из Северной Кореи, он сидел там в трудовом лагере и каким-то чудом не просто вышел на свободу, но и сбежал из страны. Интересно, что умудрился посидеть он и в Южной Корее — за уклонение от налогов. Но, видимо, сеульские тюрьмы оказались не столь суровы.
Мун оставил этот мир в 2012 году. Но, как говорится, «дедушка умер, а дело живет». И теперь его «Церковью объединения» управляют его ближайшие родственники. Те, что не вышли из секты. Иронично, но у гуру культа, которая во главу угла ставит свадьбы и семейные отношения, с семьей были вечные проблемы. Младший из восьми сыновей Муна несколько лет назад покончил с собой, старший откололся от культа и пытается создать собственную секту.
Официально «Церковь» Муна после его смерти возглавила его жена Хан Хакча. Но в 2013 году корейское издание «Шин Дон А» в рамках расследования пришло к выводу, что фактически культом управляет бывший дворецкий Муна, Хье Юл Ким. И, надо сказать, управляет эффективно, поскольку империя Муна до сих пор владеет несколькими заводами, в том числе и оружейными, футбольной командой, сетью строительных фирм, университетом и газетой The Washington Times.
И естественно, несмотря на расследования и пристальное внимание властей Японии, из этой страны муниты никуда не ушли и, насколько известно, уходить не собираются.
Читайте также:
«Это наша земля»: Россия заставит Японию признать правду о Курилах
«Топит» за войну и ядерное оружие: чего ждать РФ от нового премьера Японии
Скандал в Японии, в Москве задержали серийного живодера: что будет дальше
