Компания Uber Technologies Inc, занимающаяся координацией работы частных владельцев такси во многих странах мира, занимается подкупом политиков и государственных чиновников с целью получения преференций перед местными конкурентами в таких масштабах, что могут позавидовать лоббисты военно-промышленного комплекса и наркобароны. NEWS.ru попытался понять, как агрегатор такси смог превратиться в «мировую закулису», с которой много десятилетий борются конспирологи всех стран.

В понедельник британская газета The Guardian сообщила, что ей слили более 124 тысячи документов, выставляющих Uber как, вероятно, самую коррумпированную компанию в истории. Публикация представляет собой компиляцию расследований, которые провела Международная ассоциация журналистов-расследователей (ICIJ) (всего сведены вместе находки 180 журналистов из 40 изданий).

Документы (их редакция The Guardian назвала общим термином U-files по аналогии с термином X-files, обозначающим засекреченные материалы) относятся к пятилетнему периоду с 2013 по 2017 год, когда во главе компании стоял ныне 46-летний Травис Каланик. При нём Uber начал агрессивную кампанию превращения в мультинациональную корпорацию с глобальным охватом. Основанная на беззастенчивом демпинге бизнес-модель, разработанная Калаником, оказалась настолько успешной, что даже возникло понятие «уберизация».

Сегодня стало известно, какими методами и какой ценой название Uber сделалось нарицательным. Основным из них стало полное игнорирование национальных законов, если те каким-то образом препятствовали расширению бизнеса компании.

Масло в колёса

Uber делал попытки «смазать колёса» таким мировым политикам, как нынешним президенту США Джо Байдену, федеральному канцлеру Германии Олафу Шольцу, президенту Франции Эммануэлю Макрону, премьер-министру Ирландии Энди Кенни, бывшему главе правительства Израиля Беньямину Нетаньяху и другим высокопоставленным лицам из в общей сумме 63 стран, включая Россию. Всем им эмиссары Uber более или менее откровенно предлагали взятки, замаскированные под пакеты акций,, и статус «стратегического инвестора».

Фото: Wolfram Steinberg/dpa/Global Look Press

И это только верхушка айсберга, потому что на более низком уровне попытки купить расположение чиновников, отвечающих за вход на рынок пассажирских перевозок, исчисляются сотнями тысяч. По данным расследователей ICIJ, только в 2016 году компания потратила на эти цели $90 млн.

Из документов (это электронные письма и сообщения в мессенджерах) следует, что всемирный таксомоторный гигант ведет свой бизнес методами, ничем не отличающимися от методов любой мафиозной структуры: подкупает политиков, профсоюзных лидеров, полицейских чиновников и не останавливается перед физическим устранением конкурентов.

Согласно документам, ставшим достоянием гласности, руководители Uber прекрасно отдавали себе отчет в том, что их деятельность нарушает законы стран нахождения компании, однако придерживались убеждения, что успешный бизнес нельзя строить в белых перчатках.

— А это ничего, что мы ведем себя как пираты?—осторожно спрашивает один из руководителей отделения компании в Индии в переписке с начальником из головного офиса.

— Забей, мы в гробу видали всю эту юридическую ерунду, мы идём напролом, наша стихия хаос!— воодушевляет в ответ его респондент.

В некоторые моменты Травис Каланик ведет себя не как топ-менеджер коммерческой компании, пусть даже и глобальной, а как политический деятель, имеющий дерзость вмешиваться во внутреннюю политику других государств. В частности, во время массовых протестов, которые летом 2015 года устроили таксисты в Париже и Марселе, требовавшие от властей запретить сервисы Uber на территории страны, Каланик отдаёт своим подчиненным распоряжение: «Если против них (протестующих. — NEWS.ru) понадобится применять силу, применяйте. Оно того стоит. Насилие обеспечит нам успех».

Травис КаланикФото: imago stock&people/Global Look PressТравис Каланик

По сути, Каланик превратил таксистов Uber в свою частную армию, наподобие штурмовиков, которые устраивали уличные побоища во времена, когда немецкие нацисты рвались к власти.

Протест таксистов во Франции и повсюду вызывает то, что водители Uber не платят за лицензию таксиста, стоимость которой доходит до €240 тысяч. Кроме того, выручка таксистов и компаний, на которые они работают, упала на 30–40% после прихода Uber во Францию.

Выписывая одной рукой «индульгенцию» на насилие в отношении французских конкурентов, Каланик другой рукой шлет сообщения Эммануэлю Макрону, на тот момент занимавшему должность министра экономики, промышленности и цифровых дел. Как видно из переписки, будущий президент Франции с интересом относился к предложениям американского бизнесмена и несколько раз общался с ним в приватном порядке (в документах, однако, не содержится прямых свидетельств того, о чем эти двое вели свои беседы).

Эта «дружба» не прекратилась и после того, как Макрон въехал в Елисейский дворец. В одном из документов содержится свидетельство, как он сообщает главе Uber, что ему удалось «уломать» членов правительства, которые выступали против присутствия компании в стране. Что имеется в виду под «уломать», из этой переписки также непонятно, но очевидно, что адресату Макрона этого объяснять и не требуется.

В Германии же усилия Uber оказались не столь успешными. Олаф Шольц, который в то время работал мэром Гамбурга, оказался невосприимчивым к посулам Трависа Каланика. Это видно из того, что последний в досаде называет нынешнего федерального канцлера ФРГ шутом. Шольц тогда поставил условием присутствия Uber в городе, что водители компании будут работать на общих основаниях с другими таксистами (что автоматически лишало Uber конкурентных преимуществ).

Наконец, Каланик позволял себе разговаривать даже не на равных, а сверху вниз с Джо Байденом, бывшим в то время вице-президентом в администрации Барака Обамы.

Передайте этому болвану, что если он опоздает на согласованную с нами встречу во время Всемирного экономического форума, то он пожалеет о каждой минуте, которую он у нас украдет,— раздраженно пишет он в мессенджере своим сотрудникам.

Джо БайденФото: CNP/AdMedia/Global Look PressДжо Байден

Похоже, Байден действительно испугался впасть в немилость у главного таксиста США. После этого предупреждения он внёс правки в свою речь в Давосе, добавив туда фразу «Свобода работать то количество часов, которые желает сам работник, влечет за собой возможность распоряжаться своей жизнью по собственному желанию» (это один из основополагающих принципов «уберизации» не только в индустрии такси, а в любой отрасли экономики).

Ушли в отказ

Всего через несколько часов после того, как U-files появились в открытом доступе, представитель Uber выступила с опровержением, заявив, что руководство компании никогда не оправдывало применение силы в отношении конкурентов и стыдиться компании не за что.

Мы не намерены приносить извинения за ошибки прошлого. В указаниях на ошибки Uber, совершенные до 2017 года, никогда не было недостатка, про это даже снимались телевизионные сериалы. Но наши нынешние ценности не имеют ничего общего с тем периодом, — заявила старший вице-президент Uber Джилл Хейзельбейкер.

Она призвала общественность судить о компании по последним пяти годам её работы, а не по начальному периоду становления бизнеса. Однако опровергнуть весь массив утекшей в прессу информации компания, разумеется, не в состоянии, и сейчас для нее речь идет о минимизации имиджевого ущерба (а, возможно, и об уходе от уголовного преследования, которое подобные документы могут инициировать в той части, на которую не истёк срок давности).

Фото: Shutterstock/FOTODOM

Сама по себе бизнес-модель, применяемая Uber, прогрессивная и для пользователей очень привлекательная, рассказал NEWS.ru эксперт в области пассажирских перевозок Олег Амосов.

Недовольство компанией происходит полностью из среды конкурентов, и масла в огонь подливают и её собственные просчеты. Например, в 2017 году кто-то из обиженных менеджеров Uber выложил в Сеть личные данные миллионов пассажиров с точными указаниями маршрутов и времени их поездок. Но если не брать этот скандальный инцидент, то «уберизация» колоссально удешевила услуги такси, как и прочих сфер услуг, где такая модель применяется. Понятно, почему конкуренты готовы разорвать Uber на куски.

Олег Амосов руководитель центра компетенций Международного евразийского форума такси

Сам Каланик оставил пост главы Uber летом 2017 года после семи лет у её руля. Он окончательно покинул компанию в последний день 2019 года, сохранив за собой, по данным Forbes, $2,8 млрд её активов. Общие активы Uber на сегодня оцениваются в $43 млрд. Такси с её логотипом перевозят около 19 млн пассажиров ежедневно во всем мире, в том числе в России. Однако после начала спецоперации РФ на Украине компания решила продать своё российское подразделение за $800 млн, предположительно компании «Яндекс.Такси».

Каланика на этом посту сменил Дара Хосроушахи, занявшийся помимо текущих дел активным исправлением имиджа Uber.

U-files, если их подлинность будет подтверждена, могут привести к уголовному преследованию не только руководителей Uber, но и тех политиков, до высшего уровня, чьи имена упоминаются в качестве второй стороны коррупционных сделок.