24 октября отмечается День Организации Объединенных Наций. Сегодня ООН переживает кризис, а эффективность международных институтов все чаще становится предметом дискуссий. Почему Россия продолжает работать в международных организациях, несмотря на критику в адрес Запада, и есть ли у многосторонней дипломатии будущее? Об этом в интервью NEWS.ru рассказал бывший первый заместитель постоянного представителя России при ООН в Нью-Йорке, ныне постпред России при ОБСЕ Дмитрий Полянский.
В каком состоянии ООН сегодня
— Дмитрий Алексеевич, несмотря на то, что сейчас вы работаете в Вене, у многих вы до сих пор ассоциируетесь с ООН, где вы проработали почти восемь лет. Как вы оцениваете нынешнее состояние этой организации?
— С моей стороны, честно говоря, было бы некорректно давать такие оценки, тем более что я уже оторвался от повседневной работы организации. Поэтому не могу глубоко и правильно анализировать происходящие в ней процессы. Однако то, что ООН также находится в состоянии кризиса, думаю, очевидно всем.
— В условиях этого кризиса организации предстоит выбрать нового генерального секретаря, поскольку срок полномочий Антониу Гутерриша истекает 31 декабря. Удастся ли государствам-членам договориться о кандидатуре преемника в оставшееся время?
— Да, я уверен, что государства — члены организации сумеют в оставшееся время подобрать достойную кандидатуру, которая возглавила бы всемирную организацию. Насколько я знаю, сейчас этот процесс вступает в самую активную стадию.
Какие курьезы происходили в ООН
— Наверняка за время вашей работы в ООН происходили не только серьезные дипломатические дискуссии, но и забавные ситуации. Можете вспомнить какой-нибудь курьезный случай?
— Таких забавных моментов было довольно много. Один из них связан с регламентом выступлений. Здесь его тоже стараются жестко контролировать, как и в Нью-Йорке, иначе не все успеют сказать то, что хотели. Но иногда случаются курьезы.
Помню, однажды было заседание Совета Безопасности ООН. Не буду называть тему, но касалось оно правовых вопросов. Там выступал один довольно престарелый японский юрист. Обычно принято отводить на выступление пять, десять, максимум пятнадцать минут для докладчиков. Этот товарищ был докладчиком. И вот он говорит — пять минут, десять, пятнадцать, двадцать, тридцать... Народ уже начинает понемногу ерзать.
На сороковой минуте у него падают страницы, он собирает их и ошибочно зачитывает еще раз одну страницу, которую уже прочитал. Народ терпит из уважения к его преклонному возрасту.
Когда он говорил уже пятьдесят минут, то произнес следующую фразу: «В конце своего краткого выступления я хотел бы отметить…» Тут весь зал взорвался хохотом, потому что все уже были напряжены. И, конечно, это «краткое выступление» стало настоящей вишенкой на торте. Такие вещи иногда случаются и в дипломатической работе.
В чем различия ООН и ОБСЕ
— Если сравнить две международные организации, с которыми связана ваша дипломатическая работа, в чем, на ваш взгляд, заключается разница между ООН и ОБСЕ и как вы оцениваете перспективы этих структур?
— Я, конечно же, часто вспоминаю свою работу в ООН, хотя с момента моего переезда в Вену прошел уже почти год. Это две совершенно разные организации, хотя обе являются международными. ООН — это универсальная организация, членами которой являются практически все государства мира, 193 страны. ОБСЕ — это региональная организация, странами-участницами которой являются 57 государств, включая Россию.
В отличие от ООН, у ОБСЕ даже нет устава. Этот вопрос не решается уже много лет, несмотря на наши соответствующие предложения. Думаю, западным государствам так удобно, поскольку ее институционализация и превращение в полноценную структуру, занимающуюся проблемами европейской безопасности, поставила бы множество вопросов перед НАТО, которая пытается эту безопасность узурпировать.
Более того, ОБСЕ постепенно подминалась западными государствами под себя, превращаясь в их инструмент давления на неугодные страны. В ОБСЕ по факту много лет назад произошло разделение между своего рода учителями и учениками: теми, кто указывает другим на какие-либо недостатки в их развитии или в их политике, и теми, кто, по мнению первой группы государств, должен их беспрекословно слушать. Временами это проявляется очень остро, особенно в вопросах, касающихся третьего измерения ОБСЕ, которое занимается гуманитарными сюжетами.
Важно также помнить, что ООН — это глобальная организация, призванная решать проблемы всего человечества и имеющая четкую систему органов, подотчетных государствам, и устав которой является основой международного права. ОБСЕ — организация регионального сотрудничества, которая имеет в том числе отношения с ООН в соответствии с главой VIII Устава ООН. Кроме того, если, например, решения Совета Безопасности или Генассамблеи ООН могут приниматься путем голосования, то в ОБСЕ все без исключения решения принимаются только консенсусом. Правда, справедливости ради надо отметить, что с учетом нынешней политической ситуации сейчас принимаются только технические решения, по чему-то еще договориться просто нереалистично.
Дмитрий Полянский
Почему Россия остается в международных организациях
— Вы рассказали о принципиальных различиях между организациями. А на что вы сразу обратили внимание, впервые столкнувшись с работой ОБСЕ?
— Главное отличие, которое сразу бросилось мне в глаза в Вене, заключается в том, что здесь страны коллективного Запада, прежде всего члены ЕС и НАТО, пытаются доминировать в организации и воспринимают ее чуть ли не как свою вотчину. В ООН западные страны вместе со своими сателлитами составляют примерно четверть членов. Поэтому они сами по себе не в состоянии диктовать повестку в ООН и вынуждены искать поддержку у государств Глобального Юга для того, чтобы проводить какие-то решения. Прежде всего, это касается Генеральной Ассамблеи ООН и принимаемых в ее рамках резолюций, однако и в Совете Безопасности западникам необходима поддержка непостоянных членов из развивающихся стран, чтобы набирать девять голосов, требуемых для принятия резолюций СБ (разумеется, при отсутствии вето постоянных членов).
В ОБСЕ стран Глобального Юга нет. Наших союзников и единомышленников здесь мало, и поэтому приходится иметь дело в большинстве своем с враждебно настроенными по отношению к нам государствами, многие из которых просто обезумели от русофобии после того, что произошло в 2022 году. Они в основном читают другим лекции и критикуют остальных, ни в каком диалоге они не заинтересованы. Это приходится учитывать и задействовать иные схемы работы, существенно отличающиеся от тех схем, которые приняты в ООН.
— При такой оценке работы ОБСЕ возникает закономерный вопрос: в чем тогда смысл участия России в этой организации? Почему мы не выходим из ее состава?
— Этот вопрос мне задают достаточно часто. С учетом нашей жесткой критики ОБСЕ, его постановка вполне логична. Я думаю, что если бы мы вышли из нее, то очень многие наши недруги сильно обрадовались бы этому. Мы для них в этой организации как кость в горле. Им приходится нас выслушивать и мириться с тем, что нас слушают и остальные, что наши выступления цитируются в СМИ и блогосфере. Ведь, по сути, большинство других каналов в Европе, через которые мы можем доводить свою позицию, давно перекрыты, европейские обыватели находятся, по сути, в информационной блокаде. Из Вены же нас слышат многие, и мы им всячески помогаем нас услышать. ОБСЕ в этом смысле является своего рода передовым окопом, сдавать который нам, на мой взгляд, нельзя ни в коем случае.
— Если говорить о профессиональном опыте, насколько навыки и связи, приобретенные за годы работы в Нью-Йорке, помогают вам сегодня в Вене?
— Несмотря на различия между двумя площадками, обе они являются площадками многосторонней дипломатии, и нью-йоркский опыт очень сильно помогает мне в Вене. Кроме того, здесь я встречаю очень многих из тех, с кем в свое время работал в Нью-Йорке. Это помогает выстраивать взаимопонимание, даже если наши государства в настоящий момент совершенно по-разному смотрят на острейшие проблемы европейского и мирового развития. Поэтому 24 октября мне здесь есть кого поздравить с Днем ООН.
Читайте также:
Без диктата Запада: саммит СВМДА в Баку объединил страны Евразии
Замглавы МИД РФ: Россия смягчает Индии удар от агрессии США против Ирана
Рябков: Россия готова к диалогу с США, но время играет против Киева
