31 января Юлии Началовой исполнилось бы 45 лет. Она ярко и быстро взлетела на олимп, но не вышло удержаться на этом пьедестале. Почему исполнительница хита «Герой не моего романа» не смогла прославиться в Америке, кто был главной ее любовью и правда ли, что в смерти певицы виноваты врачи, — рассказал бывший концертный директор артистки Константин Сергеев.
— Профессионалы шоу-индустрии до сих пор говорят, что голос Юлии Началовой был настоящим даром небес, здесь сыграли роль гены. Вы разделяете это утверждение?
— Юле было дано все, чтобы стать звездой: уникальный тембр голоса, музыкальность, красивые глаза и обворожительная улыбка. Она умела расположить к себе людей. Да, думаю, это гены. У нее вся семья поющая, веселая, воронежские и кубанские корни. Дедушка играл на баяне и пел. Мама, папа — люди открытые, гостеприимные.
Конечно, родители души не чаяли в Юле, отец с раннего детства много времени занимался с ней музыкой, вокалом. Я был свидетелем, как Юля легко записывала на студии технически непростые вокальные треки. Она была профи, безусловно.
— В 1991 году Юлия выиграла конкурс «Утренняя звезда». В сети есть информация, что после этого она участвовала в международном конкурсе, где обошла даже Кристину Агилеру. Как это было?
— В 1997 году проходил конкурс «Золотой олень» в Румынии, в нем принимали участие исполнители со всего мира. Юлю выбрали [в качестве участницы от РФ], потому что она уже была известна в России. Приняла участие в конкурсе и начинающая на тот момент Кристина Агилера. В итоге наша Юля заняла первое место, а Агилера — второе или третье.
Международная карьера Началовой будто была предопределена, но все время что-то этому мешало. Например, Юля рассказывала, что в конце девяностых она могла принять участие в конкурсе «Евровидение» от России. Тогда проводили опросы среди продюсеров, артистов, и многие называли имя Началовой как самой достойной кандидатки, которая могла бы представить нашу страну. Но Юля на конкурс так и не поехала. Поехали другие артисты...
В те же годы у нее была возможность записать песню, которая потом стала мировым хитом у группы Backstreet boys. Вероятно, из-за финансовой стороны вопроса ее проект не состоялся.
— В 2010 году Юлия все-таки записала альбом в Америке. Почему его не раскрутили в России?
— Филипп Киркоров познакомил ее с Уолтером Афанасьевым. Это автор песен и саунд-продюсер Мэрайи Кэри, Лары Фабиан, Рики Мартина и многих других мировых звезд. Вместе с Уолтером в Америке Юля записала альбом англоязычных песен под названием «Дикая бабочка». Там были потенциальные хиты, которые могли бы выйти на мировой рынок, особенно Юле нравилась баллада My One True Love. Шикарные аранжировки, невероятный Юлин голос.
Оставалось, вернувшись в Россию, некоторые песни перевести на русский, снимать клипы и продвигать альбом. Одну из песен они написали вдвоем с Уолтером специально для России, причем заглавную строчку сочинила сама Юля. Песня получила название «Жди меня». Но клипы и продвижение — дорогое удовольствие. Так сложилось, что у Юли на тот момент для продвижение альбома не было финансовых возможностей. Получилась красивая дорогая шкатулка [музыкальный альбом], которую поставили на полку.
— Почему у Юлии были проблемы с деньгами? Что случилось с ее карьерой, Началова же была востребованной артисткой?
— У Юли в начале нулевых была невероятная популярность, узнаваемость, очень много выступлений. Наверное, уже не все помнят, что она вела программу «Субботний вечер» вместе с Николаем Басковым. Но в какие-то моменты делала выбор в пользу семьи.
Например, после того как вышла замуж за футболиста Евгения Алдонина и родила дочь Веру, хотела больше времени уделять маленькому ребенку и мужу. Когда в ее жизни появился хоккеист Александр Фролов, то постоянно ездила с ним на сборы — то в Лос-Анджелес, то в Омск, в те места, где он играл.
После перерывов возвращаться на сцену было сложнее, все нужно начинать как будто заново, напоминать о себе, договариваться о концертах. Шоу-бизнес — это все-таки гонка, выпасть из обоймы легко: немного отошел в сторону, сошел на обочину, а уже другие бегут.
— Известно, что Юлия очень любила каблуки. Но врачи запрещали их носить из-за ее болезни.
— Действительно любила каблуки, вернее, Юля не представляла себя на сцене без них. Одно из ее любимых словечек было «фирма́». Так вот, она всегда и пела фирменно, и выглядеть хотела безупречно. Юля вообще была очень лучезарным человеком. Но никто не догадывался, какая боль кроется за этой лучезарной улыбкой. Мы с ней проработали три года, я видел, как ее стала мучить подагра, причинять сильные боли. Но на сцене Юля всегда улыбалась, чтобы никто ничего не заподозрил.
Однажды на концерте в Архангельске она не смогла надеть туфли, которые доставляли ей дикую боль. Пришлось переобуться в кроссовки, их можно было спрятать под длинным платьем — зрители не увидели ее без каблуков. Знаю, что Юля наблюдалась у врачей, лечилась и у нас, и в Америке. Надеялась, что болезни отступят.
— Была ли Юля зациклена на весе? Как она питалась?
— Сколько ее помню, все время следила за весом, хотела хорошо выглядеть для зрителей. Был момент, когда питалась одними салатными листьями перед съемками клипа «Вдаль за горизонт». Видимо, это перфекционизм.
— Какие отношения были у Юлии с дочкой Верой?
— Юля все делала для дочери. Выбрала для нее лучшую школу с творческим уклоном. У Веры хороший голос, да и вообще все данные, для того чтобы стать актрисой или певицей. Знаю, что она учится во ВГИКе, иногда вижусь с нею и бабушкой Таисией — мамой Юлии — на концертах. Слышал, как Вера спела главный мамин хит — «Герой не моего романа». Очень достойно исполнила.
— Как вы думаете, если бы Началовой в свое время занялись продюсеры уровня Виктора Дробыша или Игоря Крутого, ее карьера могла взлететь еще выше?
— Честно сказать, не знаю. Вполне возможно, если бы серьезный продюсерский центр или лейбл взялись за ее имидж, репертуар и продвижение, в том числе финансовое, все могло бы сложиться по-другому. Потому что вокальный талант и харизма Юли позволяли ей быть убедительной в стилистике Мэрайи Кэри, Уитни Хьюстон, Селин Дион. Она могла встать тогда в ряд с этими именами.
Однажды ее пригласили на шоу «Один в один» уже не в качестве участницы, а как гостью, предложили спеть в образе Уитни Хьюстон ее главный хит I will always love you. Я предложил взять другую песню, менее известную — I have nothing. Жюри были в восторге. А я слушал и понимал: она знает, что поет о себе: «у меня нет ничего, если у меня нет тебя». Это была ее правда, Юля не могла жить с нелюбимым человеком, без любви и очень тяжело переносила разрывы.
— Возможно ли, что смерть Юли — это ошибка врачей? Можно ли было ее спасти?
— Я не врач и не могу никого осуждать. Помню, после того как Юля оказалась в больнице, где-то на третий день мне позвонили знакомые, сказали, что ситуация с сахаром, который резко подскочил у нее в крови, стабилизировалась.
В тот вечер, разбирая наши фотографии, я нашел портмоне, которое она мне подарила на день рождения. Подумал, почему я его не ношу, взял с собой на следующий день. Даже какая-то внутренняя уверенность появилась, что все у нее будет хорошо. А через несколько дней мне позвонила пиар-директор Анна Исаева и сказала, что нашей Юли больше нет. Для всех нас это была страшная трагедия. Но мы храним память об этом невероятном, талантливом и очень светлом человеке — Юлии Началовой.
Читайте также:
Как живет Лепс после расставания с Кибой: кто от кого ушел — подробности
Брежнева на мели: отмена концертов, распродажа вещей — ее примут в РФ?
Раздел имущества Джигана и Самойловой: грозит ли рэперу остаться без штанов