«Мне Европа по барабану»: Чиж о Пугачевой, Шевчуке, Кипелове и иноагентах

6 февраля исполняется 65 лет Чижу (настоящее имя — Сергей Чиграков) — рок-музыканту, основателю и солисту группы «ЧиЖ & Co». Песни коллектива «Солдат на привале», «Вот пуля просвистела…», «Полонез» и другие давно ушли в народ. О грядущей дате, отношениях с коллегами по цеху Борисом Гребенщиковым (внесен Минюстом РФ в список иноагентов) и Юрием Шевчуком и мужском поступке Валерия Кипелова Чиж рассказал в интервью NEWS.ru.

Как Чиж отметит 65-летие

— Как планируете отмечать день рождения — большими гастролями?

— Нет, в кругу семьи — я, жена и дети. А гастроли проходят всегда, не заканчиваются. Не зависит от того, 65 лет мне или 165 — без разницы. Работа есть работа — всё, вперед.

— С каким настроением подходите к цифре 65?

— Да черт его знает, с каким настроением. С нормальным. Жду подарков. Что и кто подарит, неважно. Подарки — всегда приятно. Так-то до фига дарили, конечно. И гитары классные. А из последнего — валенки, подарила семья на Новый год, с подошвой, новомодные. Как раз сейчас зима холодная, и я в валенках рассекаю в Санкт-Петербурге по Летнему саду, а прохожие смотрят на меня с завистью.

— Что такое счастье для вас? Считаете ли себя счастливым?

— Блин, вот началась философская хренотень. Счастье для меня, когда вокруг все живые и здоровые. А больше я не знаю, как отвечать на подобный вопрос.

Как складывались отношения Чижа с Киркоровым и Пугачевой

— У вас была яркая юность, путешествия по всему миру, выступления с блюзовыми темнокожими музыкантами и много других интересных событий. Что вам это давало?

— Во-первых, и самое главное — крутые воспоминания. В последний раз, еще до пандемии, я мотался по Европе с сольно-акустической программой. Принимали везде хорошо. Но там же ходят одни русские эмигранты на подобные концерты. Приходила русскоязычная диаспора, все было кайфово.

Думаю, если сейчас так же поехать, опять будет приходить русскоязычная диаспора — в Израиле, в Швейцарии, наших полно везде. В Испании много. Во всяком случае залы, в которых я работал, всегда были полные.

— Вы — рок-музыкант. А как складывались ваши отношения с артистами жанра поп-музыки? Например, с Филиппом Киркоровым, Аллой Пугачевой?

— У нас — разные вселенные, я не знаком с ними. На концертах все мы, артисты, делаем одну и ту же работу: выходим на сцену и поем. Я всегда говорил об этом и буду, наверное, говорить, пока язык шевелится: музыка или есть, или ее нет. А в каком стиле написана, неважно.

— То есть в машине вы можете и поп-музыку включить, и хиты Надежды Кадышевой?

— Открою секрет: я не водитель, у меня нет машины. Жена водит. Когда мы вдвоем едем, она включает приятную музыку, я доверяю ее вкусу. Дети слушают детское радио, там песенки очень классные. Особенно мне понравилась про хомяков, прям здоровская.

— Из молодых артистов кого бы выделили сейчас?

— Себя. Ха-ха-ха. Я не слушаю молодых исполнителей. Не хочу никого хаять, все группы хорошие, кайфовые. Но таких, чтобы их творчество цепануло лично меня, не наблюдаю. «Хомяки» зацепили — как дурак ходил с неделю и пел эту песенку. Ну, а раз больше ничего не зацепило, значит, и не надо.

Хотя мне тут подарили две пластинки, я забыл название группы — ковидом переболел, теперь с памятью плохо. Вот эта группа, не помню название, мне очень понравилась. По-моему, они из Петрозаводска. Но не молодые.

Что Чиж думает об эмиграции Гребенщикова и «исчезновении» Шевчука

— На днях Валерий Кипелов во время концерта в Белгороде, когда зазвучал сигнал ракетной опасности и в зале погас свет, продолжал петь. Это — поступок?

— Конечно, поступок — мужика, настоящего белого парня. Я бы обосрался от страха, наверное. Не знаю, как бы я себя повел.

— Вы внесены в украинскую базу «Миротворец». За что? И как к этому относитесь?

— А я не знаю, за что, не интересуюсь, вот по-честному — насрать. Об этом не думаю, не переживаю. Когда собаке делать нечего, она яйца лижет, как говорится. А там [на Украине] ребята списки составляют. Мне по фигу, безразлично.

— В Европу на гастроли могут теперь не пустить как фигуранта этого списка.

— И хрен бы с ним на самом деле, мне по барабану. У нас своя страна очень большая. Ее мне вполне хватает для гастролей.

— Вы выступаете в приграничье…

— И что? Мы просто ездим и играем. Да, попадали — не под обстрелы, но под сирены о ракетной опасности неоднократно. Но концерт идет, люди купили билеты — выходим на сцену и работаем. Да, стремно бывает, не по себе. Но ведь и к этому тоже можно привыкнуть — это, наверное, самое страшное. Но люди-то ведь там [в приграничье] как-то живут.

И гражданские, и военные после концертов подходят, говорят, что на СВО очень помогают наши песни, бойцы поют, кто-то выпускает военные альбомы — там есть и наши песни. Это очень приятно.

— А как складываются ваши отношения с Борисом Гребенщиковым, Юрием Шевчуком и другими питерскими коллегами рок-музыкантами, с которыми раньше дружили?

— Борьки [Гребенщикова] же нет в стране. Поэтому какое общение? Никакого. Давно общались, очень давно. Юлианыча тоже я давно не видел. Хотя мы живем практически на одной улице. Может быть, он в деревне сидит у себя. Я без понятия, если честно. Не слежу за их жизнью.

— Раньше у вас была одна общая тусовка единомышленников. Распалась?

— Раньше — да, была своя компания, комфортная, приятная. Выпивали, болтали, девок обсуждали. Ну всякое такое пацанское. А сейчас мы все люди взрослые, у каждого своя жизнь.

— Но смотрите, как причудливо сложились судьбы: один питерский рокер едет в Белгород выступать, а другой уезжает в эмиграцию и получает на родине статус иноагента. Почему так, у вас есть ответ?

— Хотелось бы, конечно, чтобы те, кто уехал, на нашу страну не срали. А то, что они теперь там, а не здесь, — их право. Пусть где хотят, там и живут.

Читайте также:

«Иначе как говном не назовешь»: экс-скрипач «Аквариума» о БГ и Пугачевой

«Поверили западной пропаганде»: Джигурда о Пугачевой, Зеленском и Ивлеевой

«Предали Россию»: могут ли лишить имущества Галкина, Назарова, Макаревича

Поддержка Путина, отъезд после СВО, оскорбления РФ: где сейчас Гребенщиков