В поп-культуре существует миф: если подростка совратила взрослая женщина, это не травма, а мужская фантазия. Общество склонно романтизировать сексуальное насилие. Уроженец города Ессентуки Илья, переживший эту ситуацию в детстве, рассказал о том, как она повлияла на его жизнь. Подробности — в материале NEWS.ru.
«Отец сломал об меня три пальца»
29-летний Илья живет в Чикаго и учится на психолога. Он родился на Кавказе, в консервативной семье, где насилие было методом воспитания. Его родители развелись, когда мальчику было пять лет, он продолжал жить то у матери, то у отца. Илья явно не был этому рад.
«У них был график — пять на два. Пять дней меня херачит мать, а два дня — отец. Все знали о физическом насилии, но это обшучивалось. Когда меня сильно избивали, родные шутили: на следующий день поздравляли меня с днем рождения, раз я выжил. Однажды отец меня избил так сильно, что я обмочился. Затем выяснилось, что папа сломал об меня три пальца, ходил с гипсом. Все тоже смеялись», — рассказал Илья в интервью психологу Татьяне Зайцевой в подкасте «Несломленные».
Соседка в шутку говорила маме: «Когда вижу, что ты с работы идешь, иду ребенку шапочку надеваю, уши закрываю посильнее, потому что знаю, что сейчас Илья будет орать и получать».
Хотелось провалиться сквозь землю
Когда Илье было 11 лет, во время празднования Нового года он отправился с родными в гости к семье знакомых. По словам мужчины, она бы отлично смотрелась в одном из выпусков передачи «Мужское/Женское», поскольку в ней царили алкоголизм, домашнее насилие и прочие атрибуты маргинальной жизни.
Родители пили и дрались, а дети сбивались в кучу. Илья сидел в большом глубоком кресле. Рядом были его мать и другие взрослые. Внезапно хозяйка дома Наташа подошла к мальчику и села на него верхом, лицом к лицу. Женщина начала имитировать половой акт. Она терлась о него, пихала грудь ему в лицо, а также издавала томные вздохи.
По словам Ильи, в тот момент он пытался «утопиться» в обивке кресла и провалиться сквозь землю. Ему было невыносимо стыдно и страшно. Но ужаснее всего была реакция окружающих.
Взрослые, включая его мать, смотрели на все происходящее и смеялись. Для них это была отличная шутка — никто не стянул женщину с ребенка. Мальчик был просто объектом для развлечения и поводом для пьяного хохота.
Во взрослом возрасте на сеансе психотерапии Илья вспомнил еще одну деталь. Наташа с гордостью рассказывала, как помогает семилетнему сыну справляться с утренней эрекцией. Никто из взрослых не возразил против этой дикости.
Урок «анатомии» на складе
Когда Илье было 12 лет, он часто бывал у матери на работе. Она занимала должность директора продуктового гипермаркета. Там он «подружился» с сорокалетней женщиной Дианой. Для подростка, который никогда не получал нормального сексуального просвещения, это общение казалось просто дружеским.
Диана начала «просвещать» мальчика. Она спрашивала о подругах, после чего выдала: «Когда ты нравишься девочке, у нее в трусиках становится тепло и влажно».
Диана начала рассказывать об эрогенных зонах, дышала ему в ухо и водила за ним пальцами. Илья замирал от отвращения, но не понимал, как это остановить. Однажды женщина позвала его на склад. За несколькими дверьми от Дианы и Ильи, за стенкой, сидела в своем кабинете мать Ильи.
Диана перешла к «практике». Женщина принудила его к тому, чтобы подросток удовлетворил ее половые потребности рукой.
Илья вышел из склада в состоянии шока, после чего перестал ходить в магазин к матери. Однако он никому не рассказал о произошедшем.
Мужчина понял, что с ним происходило в детстве, лишь в возрасте 28 лет, разбирая с терапевтом свою неспособность выносить физические прикосновения партнеров, ненависть к собственному телу и попытки суицида.
«Я не рассказывал, потому что снова стал бы просто шуткой. Да что такого! Поржали бы. Мужская часть семьи еще бы заявила, что я стал мужиком. Никто бы не сказал, что эта женщина, которая решила, что помастурбировать рукой пацана — это хорошая идея, неадекватная», — заметил Илья.
«Не мама Стифлера»
Избиения родителями вкупе с пережитым половым насилием, которое осталось безнаказанным, во взрослой жизни вылились в пограничное расстройство личности и тяжелую депрессию. До начала психотерапии Илья был уверен, что он фригидный, нетактильный и с ним что-то не так. Любое прикосновение любимого человека вызывало у него желание вывернуться наизнанку и «выйти» из собственного тела.
Зайцева объяснила, что мимолетная взрослая шутка, которая окружению казалась нормой, в итоге обернулась травмой на десятилетия, поскольку у ребенка были нарушены границы. После случившегося он не смог развиваться как психологически здоровый член общества, отметила эксперт.
Психолог выступила против романтизации случаев растления подростков женщинами. По ее словам, часто этим грешат мужчины.
«Многие могут написать под подобными историями: „Я был бы счастлив“. Но это извращенная фантазия. Как правило, это сюжетные линии из порноиндустрии, которые им кажутся привлекательными и которые они бы хотели интегрировать в свою жизнь. Но мужчины очень слабо себе представляют, что в реальности это не какая-то невероятная красотка, мама Стифлера (фильм „Американский пирог“. — NEWS.ru), о которой мечтает подросток. Это женщина, которая пьет как матрос, с очень неприятным запахом тела, и неприятно выглядит. Вот только тут у них чуть-чуть складывается: „Ой, так это не то, чего я хотел“», — пояснила Зайцева.
Читайте также:
Смотрел на секс малолеток, стонал за кадром: активист ищет педофила и жертв
Сажал на колени, трогал за грудь: отсидевший педофил набирает детей в лицей
Якутянин дважды признавался в массовом убийстве: почему ему никто не верил
