«Спасал учитель музыки»: ветеран СВО о буднях разведки и пирожках с отравой

Житель подмосковного Хотьково старший сержант Сергей Касалапов с позывным Косой находится в зоне специальной военной операции с самого первого дня ее начала. В интервью NEWS.ru ветеран рассказал о трудностях «за ленточкой», о встречах с мирными жителями на Украине и о подвиге, за который был удостоен ордена Мужества.

Первый день и быт на передовой: как выживали в бронетранспортерах

— Сергей, вы зашли в зону СВО одним из первых. Как восприняли приказ — и что запомнилось из тех первых суток?

— Командир сказал: «Надо!», я ответил: «Есть!». Я профессиональный военный, до этого служил в разведке, так что вопроса, идти или нет, не было. Коллектив у нас дружный, боевой — мы и в Грузию заходили, и в Сирию. Конечно, в этот раз потери оказались очень тяжелыми.

— Где приходилось ночевать и чем питаться?

— Сначала ютились в бронетранспортерах, танках, КамАЗах, БМП. В городках — спали в магазинах стройматериалов, в киосках, на автобусных остановках. Где нашел место — там и упал. Ели сухпайки. К мирным всегда относились по-человечески: раздавали сигареты, конфеты, тушенку. Люди благодарили. Но в селе Красный Шахтер одна бабушка принесла на блокпост пирожки — 23 наших бойца отравились. Так что и доброта бывает с последствиями.

Прорыв под обстрелом: как восстановление связи спасло роту и принесло Георгиевский крест

— В ваших задачах было не только воевать, но и налаживать связь. Говорят, один из эпизодов под Новоселками решил исход боя. Что тогда произошло?

— Под селом Новоселки Киевской области в 2022 году связь полностью пропала. Пришлось с боем прорываться к месту, где можно было ее организовать. По нам били из артиллерии и танков, мы отвечали. На войне расстояние обманчиво: иногда проходишь километры без потерь, а иногда 20 метров становятся адом из-за плотного огня. Но мы пробились. За ту операцию меня наградили Георгиевским крестом.

— А как вообще выглядел типичный день на передовой?

— Все по задачам. То мы на технике уходили в лес, поднимали коптер, следили за врагом и наводили артиллерию. То шли выбивать противника из опорника — тогда договаривались о схеме захода. Но были и мирные минуты. В соседней роте служил учитель музыки с позывным Веселый — он отыскал где-то аккордеон, починил и играл, а мы подпевали. Это держало в тонусе.

Лицом к лицу со смертью: что страшнее — артиллерия, танк или потеря товарища

— У вас были моменты, когда гибель сослуживцев происходила буквально на глазах. Что самое тяжелое?

— Когда в окоп к боевому товарищу, которого знаешь много лет, прилетает снаряд. Это было. Я вытаскивал людей. Помню, в районе Новоселовского леса мы пили кофе. Начался обстрел, все разбежались по укрытиям. В окоп к моему другу с позывным Абрам залетел снаряд. После затишья мы его окликаем — тишина. Подбегаем, а он лежит скрюченный, израненный. Эвакуировали. Теперь Абрам без ноги, что-то удалили, но живой. Я недавно навещал его в Тверской области.

— Какое оружие может навести наибольший ужас?

— Танк. Когда бьет артиллерия — ты слышишь свист и можешь попытаться убежать. А от звука танкового снаряда ты не можешь пошевелиться. Тебя прижимает к земле и напрочь пропадает инстинкт самосохранения. Для меня это страшнее, чем коптеры или что-то еще. Никогда не забудешь!

Цена подвига: как вывод группы с минного поля стоил ноги, но принес орден Мужества

— В августе 2024 года вы вывели группу из 10 человек из-под плотного вражеского обстрела. За этот поступок вас представили к ордену Мужества. Расскажите, как развивались события в тот день.

— Это случилось в лесу недалеко от тех же Новоселок. Я потерял ногу, больше никто не пострадал. Нам нужно было не допустить прохода врага по определенному участку пути. Мы зашли на минное поле, я это заметил и стал выводить людей. Всего — человек десять. И сам подорвался. Один сапер потом сказал мне: «Братуха, извини, как приедем в Россию, с меня поляна». Правда, я его больше не видел. Может, его уже нет в живых.

— Вы говорили, что на ваш выбор профессии повлиял дед — легендарный смершевец. Расскажите о нем.

— Про моего деда, Александра Ивановича Николаева, написаны книги. Он был кавалеристом, служил в Смерше («Смерть шпионам» — легендарная советская военная контрразведка, существовавшая в годы Великой Отечественной. — NEWS.ru), воевал с немецким спецназом в Приэльбрусье. В 1943 году на перевале они с товарищами сочинили «Баксанскую фронтовую», закатали текст в гранату, и в 1954-м ее нашли альпинисты. Песню позже увековечил Юрий Визбор. Именно из-за деда я пошел в армию — начинал в Самаре, в разведроте, потом Чечня, должность замкомвзвода.

— А теперь, после ранения, какие у вас планы?

— Сейчас поступаю в Московский финансово-юридический университет на факультет национальной безопасности. Работаю на оборонном предприятии — делаю бронежилеты и каски. Раз не могу воевать лично, буду помогать ребятам хотя бы так. Очень поддерживает фонд «Защитники Отечества». В общем, остаюсь в строю, просто в другом качестве.

Читайте также:

«Спасали голодных детей из подвалов»: военный врач о работе в зоне СВО

«Отлетаешь на полметра». Ветеран СВО Притыко — о БПЛА и тоске по фронту

«Ни разу не надел белый халат»: военный врач Тоха — о боях на СВО и мире