Избивал до крови из глаз: взрослая дочь смаковала ненависть над трупом отца
Снаружи семья Жанны казалась обычной и даже благополучной: родители, несколько детей, участливые к жизни внуков бабушки, хорошее образование, музыкальная школа. Но из-за того ада, который творился внутри семьи, девочка постоянно мечтала оказаться в детском доме. NEWS.ru рассказывает историю советской женщины, которая с трудом и последствиями вышла из домашнего насилия.
Папа избивал до крови из глаз
Жанна родилась в небольшом моногороде в одной из среднеазиатских республик бывшего СССР. Она росла в многодетной полной семье: родители, братья, сестры, бабушки и дедушки. Снаружи это была, по ее воспоминаниям, «абсолютно благополучная среднестатистическая семья». В ней большое значение придавали образованию: дети ходили не только в обычную школу, но и в музыкальную, изучали английский, много читали — в доме была большая библиотека.
Однако окружающие не видели внутреннюю сторону этой семьи: отец был агрессивным, пил, мог избить жену, детей и собственную мать. Поводом для вспышки становилось практически что угодно: если кто-то не так встал или сел, если ему показалось, что от поданной ему еды чем-то пахнет.
Девочка рано стала бросаться на защиту матери. Одна из самых ранних сцен, которую она помнит, произошла еще в детском саду: отец избивал мать, а Жанна пыталась вмешаться. Тогда мужчина переключался на нее, а мать и другие родственники убегали к соседям. Так девочка постепенно привыкла к роли защитницы.
В отличие от остальных детей, которые боялись отца, прятались и плакали, Жанна ему сопротивлялась. За непослушание он мог бить ее ремнем по ногам до крови, а после ставить на колени в угол, где была насыпана соль. По ее словам, в такие моменты она даже не чувствовала боли — настолько сильным был адреналин.
Одна из самых тяжелых сцен произошла уже ближе к окончанию школы. Отец снова напал на Жанну и стал избивать ее на лестнице в подъезде. Он наступил ногой на ее длинную косу, чтобы она не могла вырваться и убежать. Девочка закрывалась руками, пытаясь хоть как-то защититься, но мужчина продолжал пинать ее по лицу.
Кровь из глаз Жанны разлеталась по лестничной клетке. На следующий день, вспоминает она, алые брызги были даже на потолке этажом ниже. После этого у девушки начались серьезные проблемы со зрением — она стала слепнуть. Ей сделали операцию, а последний класс школы пришлось оканчивать практически вслепую: Жанне было запрещено читать и писать. Она окончила школу на слух, не сдавая выпускных экзаменов.
После случившегося Жанна написала на отца заявление. Его судили и назначили год условного наказания и штраф. Однако, по словам женщины, выплата штрафа лишь уменьшила семейный доход.
При всем этом мать оставалась рядом, но эмоциональной близости между ней и детьми Жанна не помнит. Она описывает мать как женщину, которая обеспечивала детям необходимое: еду, одежду, порядок. Но на этом ее материнская роль, по ощущению дочери, практически заканчивалась. Даже обращалась мать к Жанне не по имени: чаще звучали фамилия или слово «девушка». Все детство Жанна мечтала, что когда-нибудь ее заберут из семьи в детский дом.
«Я всегда мечтала жить в детдоме. Когда еще вот советские фильмы эти смотришь — там же все идеализировалось, детдома были прекрасные. Прекрасные условия, пионерская дружба. Детдома для меня были как летний лагерь. Так все было прекрасно. А самое главное, там не было моих родителей», — говорит Жанна.
«Как мама, только мальчик»
Когда Жанне было примерно 12 лет, в их семье внезапно появился еще один родственник — дядя, брат мамы. 18-летний юноша вернулся из колонии, где отбывал срок за некое преступление, совершенное в несовершеннолетнем возрасте. После отсидки он решил поселиться не у родителей, а у сестры.
Мама Жанны в тот момент после очередных побоев находилась на лечении в стационаре. Дома появлялась лишь иногда. У женщины был пробит череп, сломан позвоночник и другие тяжелые травмы.
Однажды вечером в доме было много родственников и гостей. Дети легли спать. Жанна устроилась на родительской кровати рядом с полуторагодовалой сестрой. Ночью она проснулась от поцелуя. Открыв глаза, девочка увидела над собой дядю. Его черты лица были очень похожи на мамины.
«Я открываю глаза, а у меня как будто мама надо мной. Мама — только мальчик. И он такой: „Можно я тебя поцелую?“ Я такая: „Конечно“. Я вообще не помню, чтобы меня мама целовала. А тут мама-мальчик меня поцелует. Конечно! Он начинает меня целовать, и я понимаю, что что-то не так. Меня никто никогда так не целовал. Бабушка меня часто целовала, какие-то там другие родственники. Я терпеть этого не могла, слюни вот эти. А тут вот я понимаю, что он меня в губы целует. Непривычно, непонятно. Целует ниже, ниже, ниже. И вот, когда до этого я читала в книгах слова типа „окаменела, одеревенела“, я думала, это фигура речи. А вот с тех пор я знаю, что это действительно так. Меня просто парализовало. Я не могла шевелиться, я не могла звук издать», — вспоминает Жанна в интервью проекту «Несломленные».
Когда он попытался снять с нее нижнее белье, девочка начала сопротивляться — держалась за трусы, махала руками и ногами. Дядя испугался и отступил. Он согласился уйти, но поставил условие: Жанна никому не должна рассказывать о произошедшем. Девочка пообещала молчать, и дядя ушел. Однако на этом история не закончилась. По словам Жанны, после того эпизода начались несколько лет постоянного преследования.
Дядя продолжал приходить в дом, даже когда получил комнату в общежитии. Если Жанна принимала ванну, он мог наблюдать за ней через окно между ванной и кухней. Когда она занималась музыкой или сидела за уроками, он подходил сзади и клал руки ей на плечи.
Когда дома никого не было, ситуация становилась еще тяжелее. Дядя гонял Жанну по комнатам, пытался ее раздевать. При этом, как считает сама Жанна, он боялся перейти определенную черту: он уже имел опыт пребывания в колонии и понимал, как в местах лишения свободы относятся к педофилам.
Так продолжалось около двух лет. К 14 годам Жанна больше не могла терпеть. Однажды во время очередных домогательств она расплакалась, выбежала из дома и отправилась в больницу, где находилась ее мать. Она пожаловалась ей на дядю.
«Она там выползла как-то. Сидим в беседке, и я плачу и говорю: „Мама, твой брат уже два года вот это со мной делает“. Она слушала, смотрела. Потом изо всех сил, сколько у нее на тот момент было, она меня бьет по лицу и говорит: „Ты врешь. Пошла вон отсюда. Что ты тут наговариваешь? Актриса! Придумала такое!“ Я понимаю, что все. У меня была последняя иллюзия и надежда, что в такие моменты меня хотя бы мать защитит. А тут я поняла, что я на этой планете абсолютно одна», — рассказывает Жанна.
Позже, уже взрослея, Жанна обнаружила, что этот же человек стал появляться в ее фантазиях, несмотря на пережитый страх и ненависть к нему. Сама Жанна описывает это как смесь отвращения и удовольствия и говорит, что сейчас воспринимает такую реакцию как возможный способ психики защищаться.
Любимый сын умер после 20
Собственный опыт определил то, какой матерью Жанна хотела стать. Она говорит, что поставила перед собой задачу дать ребенку то, чего сама не получила от родителей: любовь, заботу, принятие и понимание.
Когда у нее родился сын, она старалась сделать так, чтобы он ни в чем не нуждался. В детстве ей самой нельзя было взять молоко, лучший кусок еды или купить мороженое. Поэтому со своим ребенком она действовала противоположным образом.
У сына были велосипед, ролики и экипировка — то, чего не было у других детей вокруг. Жанна старалась интересоваться его проблемами. При этом она испытывала чувство вины из-за того, что ушла от отца ребенка и, как ей казалось, тем самым лишила сына близкого человека.
Но сын умер уже взрослым — ему было немногим больше 20 лет. Сейчас она живет одна и старается как можно меньше общаться с людьми.
Отец к этому времени тоже умер. Ему было 60 лет. Жанна говорит, что ненавидела его всю жизнь после пережитого, но после его смерти не осталось ни боли, ни обиды, ни слез.
«Я просто до такой степени насытилась его смертью. Я напротив его гроба стул поставила и каждый миллиметр его тела рассматривала. Сижу и думаю, с ним разговариваю: „Ну ты дохлый, все. Ты сдох. Все! Сдохла тварь, которая уничтожала меня с самого рождения. Сдохла тварь, которая никогда меня не защищала. Которая просто планомерно, методично, ежедневно каждым своим вздохом уничтожала меня“», — вспоминает Жанна.
По ее словам, после его похорон она почувствовала, что душа наконец освободилась от того, что годами ее тяготило.
Читайте также:
Сын какается из-за друзей мамы: жильцы требуют изъять ребенка у соседки
Экстрасенс и девочки в трусиках: общественники просят проверить целителя
Унижал девочек и просил мальчиков носить лосины: за что арестовали учителя?
Выбил дверь и пять раз ударил ножом: муж зарезал беременную жену
Ворота сломали череп дошкольника: кто виноват в смерти мальчика?
