Растлил в 12 лет, оформил опеку: Марина требует наказать учителя-насильника

Уроженка Иркутской области, которую растлил педагог, пытается засудить насильника спустя годы. Мужчина не только систематически покушался на половую неприкосновенность девочки, но и оформил над ней опеку после самоубийства ее матери. Подробности — в материале NEWS.ru.

Музыка и айкидо

Марина родилась в небольшом поселке городского типа под Иркутском. У девочки с рождения были проблемы с глазами. Врачи ее предупреждали, что она может остаться незрячей, но хирурги смогли сохранить зрение на одном глазу.

Когда девочке был год, ее отец покончил с собой. Мать воспитывала Марину одна — семья была вынуждена жить на пособие по инвалидности и уходу за ребенком. При этом женщина старалась, чтобы дочь росла среди сверстников без оглядки на особенности здоровья.

Мать много занималась с ней, поддерживала интерес к театру и стихам. На работу в школу, где училась Марина, устроился 35-летний Егор Дибров (имя изменено) — муж завуча по воспитательной работе. Он вел не основные предметы, а дополнительные секции: занятия по айкидо и музыкальный кружок.

«Он был достаточно интересный, творческий, ладил с детьми. Они делились на тех, кто ходил к нему, и на тех, кто считал его чудаком и всячески избегал», — рассказала Марина в интервью блогеру Веронике Косаткиной.

Супруга Диброва заметила, что 11-летняя девочка проявляет интерес к искусству, и направила ее к Диброву на занятия в музыкальный кружок и айкидо. Уже будучи взрослой, Марина осознала, что первые звоночки о преступных наклонностях преподавателя звучали еще в самом начале их знакомства.

Во время занятий Егор мог прикоснуться к груди или области ягодиц Марины. Поскольку это происходило на спортивных занятиях, она не придавала этому значения. На музыкальных занятиях педагог был излишне тактильным.

Постепенно Дибров начал говорить с Мариной на темы, которые взрослый человек не должен обсуждать с ребенком. В частности, он рассказывал о проблемах в семье, о том, что жена его не ценит, а дети относятся к нему не так, как хотелось бы.

Егор также говорил девочке о своих чувствах к другой ученице — старшекласснице Олесе. Марина передавала ей подарки, записки, рисунки и конфеты от педагога. Впоследствии Олеся перестала ходить на занятия. По словам Марины, педагог начал преследовать старшеклассницу, после чего переключился уже на нее.

Поцелуй в тамбуре

Когда Марине было 12 лет, Дибров пригласил ее и других детей к себе домой, чтобы отметить окончание зимы. После посиделок мужчина пошел провожать девочку и поцеловал ее в тесном тамбуре подъезда.

Марина ушла домой в шоке и несколько дней не приходила на занятия. Когда она вернулась, педагог провел занятие так, будто между ними ничего нет: они просто учитель и ученица. После урока Дибров сказал Марине, что между ними, как ему кажется, зарождаются отношения. Затем телесный контакт стал более тесным. Егор обнимал Марину, прижимался к ней, трогал под одеждой. Он называл свои чувства «запретной» любовью, которую никто не поймет. По словам мужчины, если об этом узнают, его уволят, поэтому Марина должна молчать.

«А мне было вообще непонятно. Допустим, меня мама любит, и я об этом могу спокойно говорить, почему я должна этого стыдиться?! Это же хорошее чувство, как так? Он стал чаще говорить, что моя мама какая-то не такая, не работает и ничего для меня не делает», — рассказала Марина.

Егор постепенно отдалял девочку от матери и других людей. В апреле Марина пришла к нему домой якобы за очередной книгой. Тут же начались приставания, которые закончились половым актом. Девочка говорила, что ей больно, отказывала Егору и не давала явного согласия. Тем не менее он убеждал ее потерпеть и не останавливался.

Затем Дибров сказал, что его привлекают ее неоформившаяся грудь, выпирающие лопатки и полное отсутствие волос на теле. Впоследствии насилие продолжалось даже в стенах школы.

Давили и грозили исключить из школы

Однажды жена Егора уехала, и он заставил Марину соврать матери, что она отправилась с подругами в детский лагерь. На самом деле девочка находилась у него дома. В другой раз Дибров отвез девочку в Иркутск без разрешения матери, снял гостиничный номер и совершил над ней насилие.

Об отношениях между несовершеннолетней и педагогом постепенно узнали другие люди. Марина рассказывала одноклассницам о связи с Дибровым. Они донесли эту информацию до взрослых, которые, в свою очередь, сообщили матери.

После возвращения Марины из «лагеря» женщина обвинила ее в том, что та соврала, и не стала расспрашивать о происходящем. При этом мать запретила дочери ходить на занятия к педагогу.

В тот же день Марина рассказала Егору, что мать знает об их отношениях. Женщина ходила домой к педагогу и в школу, но там существовала своя замкнутая цепочка. Жена Диброва тесно общалась с директором, а классным руководителем Марины была его дочь.

Девочку несколько раз вызывали в кабинет директора. Три женщины намеками давали ей понять, что знают о происходящем. По словам Марины, на нее давили, говорили об исключении из школы, а происходившее растление объясняли «народной мудростью» «сука не захочет — кобель не вскочет». Но насилие продолжалось.

Опекун-педофил

Когда Марине было 16, она в очередной раз пошла на занятия к Егору. Мать осталась дома. Вернувшись вечером домой, девушка обнаружила, что дом закрыт и внутри нет света. Ей никто не открывал дверь. Марина ушла и вернулась домой около 11 часов вечера вместе с участковым.

Пока они направлялись к дому, девушка сильно тревожилась. Участковый вместо поддержки стал ее ругать и назвал «малолетней шлюхой». После того как дверь взломали, внутри обнаружили мать, которая покончила с собой.

После смерти женщины Марина фактически осталась одна. Дибров приехал и забрал ее к себе домой, после чего оформил над ней опеку.

В 16 лет Марина оказалась в доме своего педагога и его жены. Супруга Егора практически не разговаривала с ней и вела все диалоги через мужа. При этом насилие продолжалось, когда женщины не было дома. Марине выделили комнату с большим диваном.

«Там находились кучка моих вещей, какое-то зеркало и небольшая полочка. Это не было местом для ребенка, который учится, там ничего не было для этого. Но зато все было сделано для сексуальной эксплуатации», — вспоминала Марина.

После того как девушка окончила школу, Егор увез ее в город Шелехов. Они заехали в квартиру с пустыми стенами. У девушки не было ключей — Дибров сказал, что их выдали в одном экземпляре, а Марине дубликат ни к чему.

Он добавил, что в этой квартире начнется их счастливая семейная жизнь. Егор устроился на работу в лицей. Утром он уходил, закрывая Марину в квартире, а вечером возвращался. Девушка делала ремонт. Дибров продолжал насилие и говорил, что теперь она должна делать в постели все, что он хочет.

Так прошел почти год. Марина и Егор даже не обсуждали вопрос поступления в вуз. Перелом наступил после того, как девушка познакомилась с женой друга Егора. Придя в гости, она стала задавать Марине вопросы о ее жизни, о разнице в возрасте с «избранником» и о том, как они познакомились. После этого девушка впервые задумалась, что живет в затворничестве с педагогом-растлителем.

Новая знакомая предложила ей поступить в вуз Иркутска, где сама преподавала. Однако Егор стал убеждать Марину, что образование ей не нужно и ей лучше оставаться с ним, обустраивая домашний очаг.

Педофильский клад на компьютере

Однажды Марина нашла на компьютере опекуна фотографии подростков и девушек, смонтированные с порнографическими изображениями.

«При первом разговоре он все отрицал. В другой раз я конкретно назвала его педофилом. Он сказал, что я его сделала таким и виновата, что довела его до всего этого. Я испытала большое чувство вины, но в то же время — страх за других. Я сказала Егору, что либо ты мне рассказываешь, что это значит, либо я пойду на твою работу. Я была настроена очень решительно, и он это понял. Егор ударил меня по лицу кулаком. Это была такая вспышка ярости, агрессии, которой раньше никогда не было. Были какие-то мелкие стычки, когда он мог толкнуть, схватить, но ударить он никогда себе не позволял», — отметила Марина.

Она попыталась сбежать, но Дибров догнал ее. Марина понимала, что, кроме него, никто не знает о ее местоположении и он может сделать с ней все что угодно, поэтому решила «смягчиться».

Когда девушке исполнилось 18 лет, педофил решил с ней «расстаться». Он купил Марине билет до Казахстана, где живут ее дальние родственники. Первое время Егор продолжал звонить и писать ей, находил новые номера ее телефонов, брал ее старые фотографии, монтировал их со своей музыкой и выкладывал в Сеть.

Марина далеко не сразу осознала произошедшее с ней. К 30 годам она начала работать с психологом. Тогда женщина вспомнила об Олесе — старшекласснице, к которой Егор когда-то отправлял ее с подарками и записками. Марина связалась с девушкой и узнала, что та тоже считает себя пострадавшей. Олеся рассказала, что стала ученицей Диброва, когда ей было около 14 лет, а отношения с педагогом продолжались до 16.

Педофил против «клеветы»

В 2025 году Марина написала на Егора заявление в полицию. Вторая пострадавшая также обратилась в правоохранительные органы. По словам Марины, сейчас расследование дела продвигается медленно. Она отметила, что факт насилия, произошедшего в 12 лет, признают, но последующие эпизоды хотят трактовать как добровольные. При этом экспертизы, которые Марина считает необходимыми, не назначаются.

Егор подал на Марину заявление о клевете. Его дочь написала девушке, что та якобы лжет и все придумывает, и попыталась добиться удаления публикаций. Тем не менее иск о клевете был отклонен.

Тем временем Дибров продолжил преподавать. В частности, он выступал лектором в детских творческих лагерях на Байкале.

Читайте также:

Затянул шнурок на шее: почему убийца 14-летнего Тимура ходит на свободе

«Секрет про папу»: отца обвинили в изнасиловании дочери и похищении сыновей

«Я убил маму, сожалею»: мороженщик-лудоман 3 недели держал труп в морозилке