В отсутствие Владимира Путина темы Украины и места России в этом мире явно не уйдут из повестки саммита «Большой двадцатки». Скорее всего, их спящий Джо попытается навязать при личной встрече своему китайскому коллеге Си Цзиньпину. Вообще, собираясь на Бали, окружение, играющее президента Байдена, несколькими утечками обозначило заранее весьма агрессивную повестку для такой встречи, в ходе которой-де не будет забыта и трогательная забота Вашингтона о положении в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Что воспринимается в Пекине как грубейшее вмешательство во внутренние дела Поднебесной. 

Наравне с попытками давить на Китай, используя проблему статуса Тайваня и вытаскивая на свет божий доктрину «двух Китаев». И такие вбросы свидетельствуют, надо полагать, о неуверенности американцев накануне переговоров на полях саммита с китайцами даже при безусловной дисциплинированной поддержке своих сателлитов.   

Не является большим секретом и то обстоятельство, что возможный прямой контакт лидеров двух ведущих мировых экономик станет как раз кульминацией всего мероприятия, наполняющей его реальным смыслом. Фактически лицом к лицу на Бали встречаются коллективный Запад, олицетворяемый президентом США и его союзниками, и Китай с группой неприсоединившихся развивающихся государств «Большой двадцатки». А такое противостояние в целом символизирует разрыв со старой системой отношений и формирование того самого нового полюса мирового влияния. 

Саммит на Бали: стенка на стенкуФото: Christoph Soeder/dpa/Global Look Press

С одной стороны, Байден, переживший шок несостоявшегося крайнего провала его партии на прошедших выборах в конгресс, с другой — Си Цзиньпин, получивший от КПК третий мандат на управление страной и сосредоточивший в своих руках и полную власть, и огромные национальные ресурсы.  

Расклады ныне иные, чем даже несколько месяцев назад. У Байдена нет эффективных средств для того, чтобы затормозить Китай. А учитывая глубокую экономическую взаимозависимость двух супердержав, любые угрозы американских санкций могут ударить по западной экономике сильнее, чем антироссийские рестрикции. Недаром же говорят, что долгие годы то же европейское благоденствие держалось на дешевых русских ресурсах, дешевых китайских товарах и дешевом долларе. Теперь вытаскивание из экономической пирамиды первых двух компонентов влечет риск полного обрушения.

К тому же Китай не просто так называют главным бенефициаром украинского конфликта. США не готовы вести открытую конфронтацию сразу на двух фронтах, а потому ищут способы не просто нейтрализовать сейчас Пекин, но максимально оторвать его от сближения с Россией. Однако давление на Поднебесную чревато для Вашингтона серьезными проблемами. Собственно, в недавних телефонных переговорах председатель Си уже продемонстрировал неприятно поразившие Байдена уверенность и жесткость. И нет оснований считать, что на Бали Китай, четко обозначивший приоритет национальных интересов, даст хоть в чем-то слабину. 

Для китайцев важно продемонстрировать свою максимальную приверженность мирному разрешению любых противоречий. И потому председатель Си не мог не прилететь на Бали. Однако в Пекине уже четко обозначили границы  компромисса, в том числе в вопросе статуса Тайваня. Хотя пока Китай и прячет железный кулак в лайковой перчатке.

Фактически встреча только усилит признаки того, что переговорная площадка «G20», созданная в конце прошлого века для укрепления западного доминирования даже в самых кризисных ситуациях, постепенно выходит из-под западного контроля. Не исключено, что лишним подтверждением такого тренда станет провал западных попыток бойкотировать пребывание на Бали российской делегации и создать помехи ее контактам с лидерами развивающихся стран.