Германия по-прежнему должна возместить Польше ущерб, нанесённый оккупацией в 1939–1945 годах, заявил замглавы МИД Польши. По словам Павла Яблонского, вопрос о репарациях 75-летней давности в стране совсем не считают закрытым, а «закрыть» его стараются «отдельные немецкие политики».

В Польше уже несколько лет существует специальная комиссия сейма, задача которой заключалась в определении точной суммы компенсации за материальный ущерб и гибель шести миллионов граждан (три миллиона из них — евреи) от рук нацистской Германии.

Польско-германские прения по вопросу о репарациях не являются уникальными в рамках Евросоюза и НАТО, членами которых обе страны являются. Но в Берлине неоднократно заявляли, что именно польские претензии являются необоснованными и потому ФРГ не намерена поддаваться на польские «вымогательства».

Во-первых, считают немцы, они уже выплатили достаточно крупные репарации. В 1945 году на Потсдамской конференции было решено, что Варшава получит компенсацию из доли СССР, которая поступала из восточной части Германии, а западные союзники — из западной части поверженного рейха.

Во-вторых, Польская Народная республика в 1953 году официально отказалась от репараций, поскольку на тот момент являлась союзницей Германской Демократической Республики по Организации Варшавского договора. Тогда на этом настаивал Советский Союз, чтобы в советском военно-политическом блоке царила тишь и гладь.

Сейчас же Варшава утверждает, что не несёт ответственности за решения властей ПНР, при этом требуя преемственности от властей ФРГ.

Фото: Igor Zehl/Global Look Press

Незакрытый исторический гештальт

Реанимировать тему репараций за грехи немецко-фашистского режима в Польше официально решили в 2019 году, когда отмечалась 75-я годовщина Варшавского восстания. Тогдашний министр иностранных дел Польши Яцек Чапутович не нашёл более подходящего момента предъявить претензии к Германии, как во время выступления по поводу этой памятной даты и в присутствии своего коллеги из ФРГ Хайко Мааса.

Маас тогда заявил, что ему стыдно за то, что немцы сделали с Польшей, однако остался непреклонен — вопрос о репарациях закрыт.

Тема «незакрытого гештальта» в польско-немецких отношениях всплывает периодически и, как правило, бывает приурочена к тем или иным внутрипольским политическим событиям. А если таковых нет — то к 1 сентября, дате германского вторжения в Польшу. Это с каждым разом убеждает экспертов в том, что Варшава в реальности не рассчитывает, что Берлин положительно ответит на её требования, а бесстрашно сводить счёты с тенью Гитлера польские политики не прекращают исключительно из предвыборных соображений.

При этом аппетиты польских деятелей растут из года в год. В 2019 году глава парламентского комитета по репарациям Аркадиуш Мулярчик называл сумму в 1 трлн долларов. Сам по себе астрономический размер этой суммы говорит о том, что шансы на её выплату равны нулю. Ведь в 1947 году, когда размер нанесённого Польше нацистской оккупацией ущерба оценивался по горячим следам, называлась цифра на $150 млрд (в сравнимом масштабе цен) меньше.

Милые бранятся

Требования репараций от Германии нельзя назвать даже правовой коллизией, эти споры целиком и полностью лежат в сфере политической риторики, соглашается эксперт по европейской политике Ольга Потёмкина.

Когда союзники по НАТО и ЕС спорят между собой, это не такая уж редкая ситуация, и к слову, польско-германские разногласия вокруг репараций времён середины прошлого века — далеко не самый сложный спор внутри евро-атлантического сообщества, — сказала она в беседе с NEWS.ru.

Ольга Потёмкина Институт Европы РАН, заведующая отделом исследований европейской интеграции, доктор политических наук

Эксперт напоминает, что в Германии вообще относятся к претензиям Варшавы философски — там давно у власти новое поколение политиков, которые считают, что итоги Второй мировой войны уже окончательно подведены и для каких-то новых «эксгумаций» темы репараций нет никаких оснований.

Фото: imago stock&people, via www.imag/Global Look Press

Сама по себе давность польско-германского спора — не причина считать его беспочвенным. Некоторые нерешённые вопросы между нынешними союзниками по НАТО тянутся не со Второй, а даже с Первой мировой войны, а то и дольше. Это более чем вековой давности спор между Турцией и уже упомянутой Грецией из-за островов в Эгейском море. Или спор между Великобританией и Испанией из-за принадлежности Гибралтара.

Но в «странной войне» между польскими и германскими политиками 75 лет спустя после окончания войны реальной Евросоюз занимает позицию стороннего наблюдателя, даже при том, что обе стороны являются его членами, подчёркивает Потёмкина.

Это именно двусторонние споры, они не затрагивают структуры ЕС. Поэтому если перепалки Варшавы и Берлина будут оставаться на уровне словесных эскапад — а они таковыми будут оставаться, потому что никаких реальных рычагов давления у Польши нет, — в Брюсселе будут воспринимать их как своего рода игры в песочнице, — заключает она.

Скелеты в шкафу

С одной стороны, у требований репараций нет срока давности и можно вспомнить, что Германия до конца XX века выплачивала репарации ещё по итогам Первой мировой войны. Но, напоминает руководитель Центра германских исследований Института Европы Владислав Белов, в случае с польскими требованиями Варшаве стоило бы не забывать о том, что у поляков у самих есть скелеты в шкафу.

Польша получила по итогам Второй мировой войны значительные германские территории, откуда живших там гражданских немцев изгоняли такими методами, которые сегодня назвали бы этническими чистками. Также полякам не следует забывать собственную роль их коллаборационистов в холокосте, когда они у Германии требуют компенсации за гибель трёх миллионов польских евреев, — указывает он в разговоре с NEWS.ru.

Владислав Белов заместитель директора Института Европы РАН

По мнению германиста, гораздо больше реальных, юридически подтверждённых оснований требовать репарации с Германии существует сегодня у Афин. Пример Польши оказался заразительным. В 2018 году аналогичные требования, почти в такой же формулировке, к Берлину предъявила Греция. И в отличие от спора с Польшей в случае с Грецией Германия признаёт наличие неурегулированных вопросов о компенсации ущерба 75-летней давности.