Латинская Америка может и должна ввести в обращение общую для всех стран южнее Рио-Гранде валюту по примеру европейской и избавиться от американского доллара, который эти страны используют для взаиморасчетов. Запуск латиноамериканского сюра, как предложил назвать гипотетическую расчетную единицу кандидат в президенты Бразилии Луис Инасио Лула да Сильва, будет одной из задач его президентского срока, если да Сильве удастся выиграть выборы, которые состоятся в нынешнем октябре. Чего больше в этой инициативе — экономической целесообразности или предвыборной риторики, разбирается NEWS.ru.


Денежная единица сur (что по-испански означает «юг»), по мысли левого политика Луиса да Сильвы, должна избавить его страну, а заодно и всю Латинскую Америку от «диктата доллара США», а заодно удерживать инфляцию в контролируемом коридоре.

Мы собираемся создать единую латиноамериканскую валюту, потому что мы не можем и дальше сохранять зависимость от доллара, заявил кандидат в президенты на предвыборном митинге.

В чем выражается этот диктат и почему sur окажется более стойким к инфляции, чем тот же бразильский реал, Лула да Сильва в этом выступлении не раскрыл. Однако он поспешил успокоить соседей Бразилии, что их зависимость от доллара не сменится аналогичной зависимостью от сюра.

Луис Инасио Лула да СильваЛуис Инасио Лула да СильваRoberto Casimiro via www.imago-i/www.imago-images.de/Global Look Press

Такие опасения у стран Южной Америки вполне могут возникнуть, учитывая, что Бразилия играет там роль региональной сверхдержавы и является одним из членов БРИКС — рыхлого клуба стран, претендующих на создание глобального экономического противовеса Соединенным Штатам (помимо Бразилии в БРИКС входят Россия, Китай, Индия и ЮАР).

Лула да Сильва пообещал, что если даже сюр будет создан, то страны континента по-прежнему смогут использовать свои национальные валюты во внутреннем обороте, а наднациональная валюта будет применяться в международных расчетах.

Скоро сказка сказывается

Лула да Сильва, который уже возглавлял Бразилию в 2003–2011 годах, обвиняет нынешнего главу государства правоконсервативного Жаира Болсонару в том, что под его руководством страна превратилась в финансовый «задний двор» США.

Сам же Лула да Сильва, как и президент РФ Владимир Путин, является убежденным сторонником многополярного мира, и создание сюра станет одним из практическим шагов к воплощению этого видения мироустройства, отличающегося как от «однополярной гегемонии», так и от «стерильной биполярной конфронтации».

В августе 2021 года нынешний министр экономики Бразилии Пауло Гедес заявил, что единая валюта позволит обеспечить большую интеграцию и зону свободной торговли между латиноамериканскими странами.

Однако пример запуска единой валюты в намного более политически и экономически интегрированном регионе мира, каковым является Европа, показывает, что скоро сказка сказывается. Европа шла к объединению своих центральных банков под знаком евро несколько десятилетий, и создание евровалюты стало возможным только после синхронизации юридического поля составляющих еврозону государств.

Такой синхронизации между странами Латинской Америки нет даже в зачаточном состоянии, и, если быть откровенным, их не объединяет ничего, кроме общего языка (и то за исключением португалоязычной Бразилии, франкоязычной Французской Гвианы и голландоязычного Суринама).

Ирония состоит в том, что для запуска наднационального мегапроекта, каковым является объединение валютных систем разных стран, континенту в первую очередь следует прекратить пылать, бурлить или по-иному проявлять свою экономическую и социальную неустроенность, сказал NEWS.ru эксперт по Латинской Америке Владимир Давыдов.

Лула да Сильва может себе позволить мечтать вслух, потому что как оппозиционному политику ему не надо думать о том, как накормить народ сегодня. Под идеей единой валюты должна быть хоть какая-то интеграционная база, но даже экономическое сообщество нескольких стран региона MERCASUR недостаточно интегрировано для этой задачи. При этом Лула да Сильва не является единоличным автором идеи создания «южноамериканского евро». Идея единой латиноамериканской валюты была разработана экономистом Габриэлем Галиполо, который сотрудничал с правительством да Сильва.

Владимир Давыдов директор Института Латинской Америки РАН

Лула да Сильва пытается монетизировать (в прямом и переносном смысле) модную среди лидеров ряда стран, в первую очередь входящих в БРИКС, тенденцию на переход на взаиморасчеты в национальных валютах, продолжает Давыдов.

Это не только дань моде. Доллар действительно начинает казаться всё менее надежным в качестве резервной валюты. И спорадические попытки найти ему альтернативу предпринимаются многими странами, в том числе и латиноамериканскими. Правда, пока ни одна их таких попыток не увенчалась успехом, — напоминает он.

Первый сюр комом

С такой идеей в разное время носились многие латиноамериканские политики, и, что примечательно, все они принадлежат к левой части политического спектра «пылающего континента» (как советская пропаганда именовала Латинскую Америку).

В первую очередь, конечно, можно вспомнить лидера Венесуэлы Уго Чавеса, который в 2009 году ввел многонациональную валюту sucre для расчетов с Кубой, Никарагуа, Боливией и Эквадором.

Уго ЧавесУго ЧавесVenezuelan Presidency/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Однако если продолжать сравнение с Европой, sucre никогда не была аналогом евро, потому что являлась виртуальной денежной единицей. Ее аналогом служит не евро, а ECU — предшественник евро, и, как показывает европейский опыт, от условной транснациональной расчетной единицы до полноценной валюты (с бумажными купюрами, ценниками в магазинах и прочими атрибутами) дистанция огромного размера.

Но даже в таком усеченном виде sucre оказался недолгим проектом. Уже в 2016 году операции с ним были прекращены из-за экономической катастрофы в Венесуэле, главном эмитенте этой «недовалюты». Первый блин оказался комом, но нет ни малейших оснований полагать, что вторая попытка окажется более успешной, потому что базовые экономические условия в странах Латинской Америки остались прежними.

По иронии, ратующие за мультиполярность и антиглобализм политики этой части света одновременно как-то ухитряются продвигать «сюрные», по сути такие же глобалистские проекты (пусть локально-глобалистские, но разница здесь только количественная).

Впрочем, как давно известно, шпионы и бандиты водятся в лагере неприятеля, на своей же стороне они называются разведчиками и партизанами. Если чужую глобальную валюту в лице доллара США можно потеснить своей глобальной валютой, то por qué no?