Прошедшие в конце мая выборы в Европарламент стали победой для ультраправых движений и популистов, заметно увеличивших своё представительство в законодательном органе Евросоюза. Депутат бундестага от одной из таких партий, немецкой «Альтернативы для Германии» (АдГ), Вальдемар Гердт рассказал в интервью News.ru, куда «ультрас» поведут ЕС, какие надежды в ФРГ возлагают на президента Зеленского и почему русские немцы голосуют за АдГ.


— Как вы оцениваете результаты выборов в Европарламент для «Альтернативы для Германии»? По сравнению с последними парламентскими выборами партия выступила чуть хуже. Считаете ли вы это проигрышем?

— Есть такая русская поговорка: яблоки надо сравнивать с яблоками, а груши — с грушами. Европейские выборы — это совершенно другая площадка. До этих выборов у нас был один депутат в Европарламенте, а сейчас — десять. Кто ещё имел такой успех: в десять раз за четыре года? И всё это, несмотря на очень жёсткое подавление наших акций. Ни одна акция не могла пройти без защиты полиции. Наши плакаты не висели больше дня, их срывали просто систематически. На людей, которые вешали плакаты, нападали. Мы не получали места для проведения встреч. Когда-то в Германии так поступали с евреями.

Демонстрация партии Альтернатива для Германии (АдГ)Демонстрация партии Альтернатива для Германии (АдГ)KH, via www.imago-images.de/www.imago-images.de/Global Look Press

— В целом крайне правые и евроскептики увеличили своё представительство в Европарламенте. Куда они поведут Евросоюз?

— Я понимаю, что Евросоюз — это огромный корабль, на месте развернуть его не получится, да и, наверное, не надо. Но надо скорректировать его курс. Эта тенденция родилась не из-за того, что у партий-евроскептиков вдруг появился какой-то финансовый ресурс. Это говорит о том, что европейцы постепенно пробуждаются и понимают, что нельзя сплавить в одном котле все народы, как этого хочет Брюссель. Мы не хотим разрушать Евросоюз, мы хотим, чтобы он был свободным содружеством суверенных государств, созданным на основе прагматического мышления. К этому, кстати, относится и вопрос отмены антироссийских санкций. Они мешают созданию рабочих мест и благосостоянию всех участников этого процесса. Наша партия давно выступает за их отмену.

— Очевидно, не все в бундестаге разделяют такую точку зрения...

— Действительно, открыто отменить санкции призывает только «Альтернатива для Германии». Но если бы мы смогли провести тайное голосование по этому вопросу, думаю, мы могли бы выиграть. Когда мы разговариваем с другими партиями в неформальной обстановке, все говорят об абсурдности такого подхода к решению проблем. Так что, я думаю, и Евросоюз скоро поставит на повестку дня вопрос пересмотра санкций, и мы не будем отказываться от этой идеи. Потому что я считаю, что будущее моих детей и внуков в Германии напрямую зависит от добрососедских отношений с Востоком.

Christoph Schmidt/dpa/Global Look Press

— Ваша партия в бундестаге занимается в том числе вопросами российских немцев. С каким проблемами они сталкиваются в Германии?

— Определённую дискриминацию российские немцы ощущают. Это связано с пенсионным обеспечением и лишением того стажа, который они наработали в другой стране. Есть группы, у которых пенсии меньше на 40%. Таким образом их обрекают на нищету. Наша партия внесла законопроект о пересмотре пенсионных начислений. Естественно, все другие партии его отмели. Но недавно мы провели опрос, согласно которому 87% русскоязычной диаспоры голосуют за нашу партию. Я поделился этой информацией с нашими оппонентами, и они поняли, что дальше игнорировать эту группу электората нельзя. Пришло решение рассмотреть вопрос о нашем пенсионном положении на парламентском совете. Дело пошло. Об этой теме заговорили.

— Крым и Восток Украины продолжают оставаться одним из самых острых вопросов в отношениях России и Германии. Есть ли пути выхода из этого тупика?

— Безвыходных положений не существует. Недавно, например, по моей инициативе на площадке бундестага был проведён круглый стол с представителями Донбасса, Крыма, Украины и России. Это было громкое событие хотя бы потому, что наше правительство вообще не хочет, чтобы они садились за один стол и разговаривали. Мне говорили, что ничего не получился, даже если они приедут, то будут только ругаться... Но получилось совсем наоборот. Говорили очень продуктивно и позитивно. Один из участников был кандидатом в президенты Украины, не буду говорить фамилию, он не прошёл. Но он сделал очень правильное предложение: нужно оставить проблемные регионы в покое. Не тратить деньги на войну и начать заниматься улучшением уровня жизни так, чтобы при следующих выборах они сами захотели назад. Если Киев действительно хочет, чтобы Крым и Донбасс вернулись в состав Украины, зачем они отрезают им свет и воду, почему лишают их пенсий? В общем, получился очень хороший диалог, мы будем его продолжать, поднимем на новый уровень. У меня уже был представитель президента Зеленского, с которым мы налаживаем сейчас контакт.

СевастопольСевастопольAleksey Ivanov/TV Zvezda/Global Look Press

— Вы возлагаете надежды на Зеленского?

— Надежда умирает последней, конечно... Но у него очень мало времени, лимит доверия может кончиться быстро. Я бы очень хотел ему помочь в реформах. Если получится, да, будем разговаривать с ним. Если нет... когда-нибудь будет новый президент.

— Лидер крайне правой партии Франции Марин Ле Пен перед выборами в Европарламент отказалась ехать на форум в Крым, хотя получила приглашение от российских властей. Ассоциации с Москвой становятся для европейских правых «токсичными»?

— Поездка в Крым, скорее всего, была отложена по политическим соображениям. Не думаю, что ассоциации с Москвой токсичны, но они влияют на определённый электорат, и перед выборами это надо учитывать. Если политик из-за этой поездки подставляется под удар, то правильнее этого не делать, а сотрудничество развивать уже после избрания. В политике легко себя спалить, а достичь результата сложнее. Поэтому мои поездки в Крым носили прагматический характер и на определённом этапе давали положительный эффект. Я сдвигал общественное мнение в пользу адекватного мышления. Но если это когда-нибудь станет не совсем нужным, то, думаю, мои друзья в России и Крыму меня поймут.

— В прошлом году в Хемнице прошли массовые протесты против мигрантов. Изменилось ли после этого что-нибудь в миграционном законодательстве Германии, удалось ли гражданам достучаться до властей?

— Проблема в том, что не изменилось. Если бы правительство хотя бы начало жёстче преследовать правонарушения со стороны мигрантов, то я бы сказал, что да. Преступления не раскрываются, и народ всё это видит. Накапливается взрывоопасная масса. Повторение событий в Хемнице не просто возможно, оно неизбежно.