Таджикистан — бедная страна со слабой экономикой. По некоторым данным, около трети ВВП республики составляют денежные переводы от мигрантов, трудящихся в России. Российская Федерация также регулярно инвестирует миллионы долларов в таджикскую экономику и оборону. Москва не может сократить связи с Душанбе, поскольку в противном случае её полностью вытеснят из региона страны-конкуренты, в первую очередь Китай, полагают эксперты.


17 апреля в Москве прошли официальные переговоры президента Российской Федерации Владимира Путина и президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмона. Встреча завершила двухдневный визит таджикского главы в Россию, в ходе которого Рахмон также встречался со спикером Государственной думы Вячеславом Володиным, премьер-министром Дмитрием Медведевым и представителями таджикской диаспоры в России. По итогам визита стороны подписали ряд важных документов, касающихся сотрудничества между двумя странами в области культуры, сельского хозяйства, туризма, таможенного регулирования и безопасности. Отдельной темой переговоров, по заявлению Владимира Путина, стали вопросы, касающиеся обороны, безопасности, совместной борьбы с незаконным оборотом наркотиков и террористической угрозой. Кроме того, был согласован план совместных мероприятий на 2019 год между различными ведомствами России и Таджикистана.

Оба лидера остались довольны встречей. Как отметил Владимир Путин, президенты «при обсуждении международной проблематики констатировали совпадение или близость позиций двух стран по ключевым аспектам региональной и глобальной повестки дня». Кроме того, по словам российского лидера, Россия и Таджикистан «стремятся координировать действия в интеграционных процессах».

Отдельно Путин подчеркнул, что РФ не прекращает инвестировать в таджикскую экономику. Так, в 2019 году Душанбе уже получил от Москвы $4 млн в рамках помощи по стимулированию молодёжного предпринимательства. Общий объём донорских вливаний России в экономику Таджикистана в 2018-м составил $7 млн.

В свою очередь Рахмона волновал вопрос о трудовой миграции из страны. Он отметил, что на встрече обсуждались способы регулирования миграционных потоков и улучшения условий пребывания граждан Таджикистана в России.

Владимир Путин Владимир Путин kremlin.ru

Накануне визита Рахмона в Россию таджикские эксперты и политологи обозначили основные вопросы двухсторонних отношений, которые, по их мнению, необходимо решить в первую очередь. В частности, аналитиков волнует относительно небольшой объём российских инвестиций в таджикскую экономику, а также отсутствие крупных совместных российско-таджикских компаний в сферах сельского хозяйства, тяжёлой индустрии, машиностроения и горнодобычи. Во многом, по мнению экспертов, в этом вина таджикской стороны, не проявившей себя как достаточно надёжный экономический партнёр. Особняком стоит вопрос об интеграции страны в Евразийский экономический союз. Таджикистан входит в Организацию договора о коллективной безопасности, но до сих пор не вступил в ЕАЭС. В качестве возможных вариантов экономической интеграции наблюдатели указывают создание зоны свободной торговли между Таджикистаном и Евразийским экономическим союзом или принятие республики в союз в качестве страны-наблюдателя.

Главная проблема двусторонних отношений России и Таджикистана в том, что Москва не всегда имеет достаточно экономических ресурсов для того, чтобы идти навстречу Душанбе во всех вопросах. Россия уже не является монопольным лидером в Центральной Азии, для этого у неё просто недостаточно денег. Так, за последние годы было утеряно влияние на горнодобывающую отрасль Таджикистана, куда пришли представители китайских и других иностранных компаний. Для России это чисто дотационная отрасль, и было просто невыгодно вкладываться в модернизацию таджикской промышленности.

Таджикистан — сложная страна, которая всегда остаётся государством-реципиентом, нуждающимся в помощи стран-доноров, как правило, тех, кто желает сохранить влияние в регионе, — России, Китая, Индии. Экономика страны слабая, и поэтому говорить о том, что Россия сможет извлечь выгоду из сотрудничества с Таджикистаном, неправильно. Скорее, следует говорить о встраивании Таджикистана в общий комплекс российской экономики — речь идёт о текстильном или, например, агропромышленном комплексе республики. Это относительно небольшая доля, но подобное встраивание играет положительную роль как для местных, так и для российских компаний, и, главное, позволяет фиксировать интересы России в республике. В противном случае нас бы вытеснили из Таджикистана конкуренты — в первую очередь Китай.

В то же время необходимость официального вступления Таджикистана в ЕАЭС — спорный вопрос, на который нет однозначного ответа. Дело в том, что в случае вступления республики в союз через эту страну может пойти поток дешёвой китайской продукции, создающей конкуренцию местным производителям стран — членов союза. С другой стороны, чем больше участников в этом объединении, тем лучше развивается внутренняя торговля. Но опять же, если мы имеем дело с Евросоюзом, то экономика каждой страны ЕС по отдельности глубоко интегрирована в глобальную торговлю, а страны ЕАЭС в этом плане находятся в относительной экономической изоляции. Поэтому и польза от торговой интеграции будет небольшой и появится не сразу.

В плане геополитики Таджикистан важен для России, как естественная граница влияния в Центральной Азии, которую также нельзя терять. Поэтому Москва и дальше будет стремиться к усилению военного сотрудничества в рамках ОДКБ, а также поддерживать боеспособность 201-й российской военной базы в Таджикистане.

Александр Караваев,научный сотрудник Института экономики РАН