Несмотря на провальную попытку блокировки мессенджера Telegram, российские власти приблизились к тому, чтобы добиться перелома в своей борьбе за контроль над Интернетом. Не в последнюю очередь это связано с новой стратегией: государство перекладывает цензорские функции на частные компании, что оказывается значительно эффективнее. Таковы итоги доклада международной правозащитной группы «Агора». Правозащитники не исключают, что Кремль стремится к созданию аналога «великого китайского файрвола» — системы фильтрации интернет-контента, существующей в КНР.


«Эффект Дерипаски»

Доклад о свободе российского Интернета в 2018 году опубликован «Агорой» 5 февраля и базируется на сравнении с данными мониторинга за последние десять лет. За прошлый год правозащитники отметили в стране 662 тыс. 842 случая ограничений свободы Интернета. Большинство из них — 649 тыс. — связаны с блокировкой сайтов и сервисов, а также с внесением страниц в реестр запрещённой информации. Остальные прецеденты — это самые разнообразные факты препятствования распространению информации в Интернете, от уголовного преследования до насилия.

Только по официальным данным, в прошлом году российские суды установили ограничение на доступ к более чем 160 тыс. страниц. Ещё больше сайтов — 488 тыс. — закрывались во внесудебном порядке, в том числе при попытках заблокировать Telegram.

Важнейшая тенденция последнего времени, констатируют авторы доклада, — перекладывание государством цензорских функций на избранные частные компании, а также использование в борьбе со свободой слова юридических приёмов, более характерных для споров хозяйствующих субъектов.

Митинг Пиратской партии «За свободный Интернет»Митинг Пиратской партии «За свободный Интернет»АГН «Москва»

В пример приводится история с недавним расследованием Фонда борьбы с коррупцией, в котором утверждалось, что вице-премьер Сергей Приходько отдыхал в Норвегии на яхте миллиардера Олега Дерипаски, где они проводили неформальные переговоры, а затем, вероятно, воспользовался его личным самолётом. Расследование широко обсуждалось в Интернете и средствах массовой информации. На следующий день Дерипаска обратился с иском о защите частной жизни в Усть-Лабинский районный суд Краснодарского края, который мгновенно постановил применить обеспечительные меры и заблокировать доступ к материалам расследования в социальных сетях, на сайте Навального и в популярных медиа. То есть в политическом деле применена технология, которая ранее использовалась в коммерческих спорах.

«В итоге вопрос государственного значения был решен частным лицом с использованием частного инструментария. И есть все основания предполагать, что такая практика получит распространение лишь в силу своей простоты и эффективности», — говорится в докладе.

И действительно, уже в ноябре 2018 года Арбитражный суд Санкт-Петербурга по заявлению Банка ВТБ запретил серию интернет-публикаций, в которых, в частности, председателя правления Андрея Костина обвиняли в причинении ущерба банку. Дело рассматривалось без ответчиков, через два дня после поступления материалов суд вынес определение об обеспечительных мерах.

«Агора» признаёт, что идя по пути введения контроля над Сетью, в отношении глобальных игроков, таких как Google, Facebook, Twitter, Кремль избрал тактику переговоров и подталкивания к сотрудничеству. Причём они готовы к «конструктиву».

Например, на июнь 2018 года Google удовлетворяла 79% запросов российских властей об удалении информации и только 62% таких запросов от американского правительства. В сентябре 2018 года, накануне общероссийской акции протеста против повышения пенсионного возраста, организованной оппозиционером Алексеем Навальным, YouTube по требованию Центризбиркома заблокировал оплаченную рекламу митинга, ссылаясь на нарушение избирательного законодательства. Тогда же, когда YouTube отказывался что-либо удалять, санкций не следовало. То есть компания шла на это добровольно.

Valentin Wolf/imageBROKER.com/Global Look Press

Россияне готовы платить за конфиденциальность

Однако, по словам «Агоры», всё изменилось, когда речь зашла о предоставлении личной информации пользователей и доступа к переписке. Стало ясно, что воспринимавшиеся вначале как бюрократическая формальность требования российских властей могут иметь последствия, а сдавать своих пользователей российским спецслужбам глобальные компании были явно не готовы. В связи с этим авторы доклада описывают эпопею неравной борьбы российских ведомств против мессенджера Telegram. Они ссылаются на оценки экспертов, согласно которым недоступными из-за попыток блокировать Telegram могли оказаться до 426 тысяч доменных имён.

«С другой стороны, история Telegram продемонстрировала существование сильного общественного запроса на свободный от цензуры и слежки интернет. Граждане готовы за это не только платить, покупая подписку на платные VPN-сервисы, но и рисковать свободой и благополучием — московский митинг в поддержку интернет-свободы 30 апреля 2018 года собрал до 12 тысяч человек и стал одним из самых массовых протестных мероприятий последних лет», — пишет «Агора».

Покушение властей на личные данные пользователей вызвало реакцию у руководства даже самой лояльной платформы — «ВКонтакте». В течение последних лет наибольшее количество уголовных дел возбуждалось именно в отношении пользователей этой, принадлежащей Mail.Ru Group социальной сети.

vk.com/about

В ответ на обвинения в «стукачестве» компания была вынуждена изменить политику конфиденциальности, расширив настройки приватности, и опубликовать принципы взаимодействия с властями. Тем не менее пользователи социальной сети, чьи данные передавались полиции, уже начали обращаться в суд с исками о возмещении вреда.

Ещё проще вопрос решается с крупнейшими транснациональными компаниями российского происхождения, в первую очередь с мобильными операторами — Теlе2, «Билайн», «МегаФон» и МТС.

«Между тем телеком-провайдеры (прежде всего — мобильные операторы) постепенно становятся основными техническими исполнителями функций электронной слежки», — констатирует доклад.

Формально для доступа к переписке необходим судебный ордер, однако никакого судебного контроля на практике нет. Только с 2015 по 2017 год суды выдали более 1,8 миллиона разрешений на просмотр переписки и прослушивание телефонных переговоров. Тем самым удовлетворяются 99,32% соответствующих запросов следователей и оперативников.

Год перелома

Государство, тем временем, делает выводы из ошибок и меняет подходы к цензуре.

«Прошедший год, возможно, свидетельствует о фундаментальном повороте государственной политики в сфере интернета в попытке установить контроль над крупными субъектами, имеющими доступ к информации о пользователях и реальную возможность ограничивать распространение информации», — пишут эксперты «Агоры».

По их мнению, признав блокировки на уровне интернет-провайдеров неэффективными и осознав репутационные риски, которые несёт массовое уголовное преследование рядовых пользователей, российские власти надеются контролировать Интернет, вынудив к сотрудничеству крупные сервисы и монополизируя рынок доступа в Интернет. Давление на глобальные платформы явно усиливается, а время бесконечных уговоров и торговли подходит к концу, власти продемонстрировали готовность поставить штрафы за отказ от сотрудничества на конвейер.

«Twitter и Facebook также предупреждены — ведомство (Роскомнадзор. — Ред.) анонсировало проверку соблюдения компаниями заведомо невыполнимого закона о локализации пользовательских данных. Власти подготавливают почву для блокировки сервисов, которые считают основными катализаторами массовых протестов, пытаясь представить ее как требование соблюдать национальное законодательство», — пишут докладчики.

Chris Robbins/moodboard/Global Look Press

«Агора» также напоминает, что в прошлом году стали действовать требования к интернет-компаниям, открывающие государству новые инструменты контроля. 1 января вступил в силу так называемый закон о мессенджерах, требующий идентифицировать пользователей по номеру мобильного телефона. В первом чтении принят законопроект, которым предусмотрен штраф в 50 млн рублей для юрлиц, отказывающихся удалить запрещённую информацию. Вступил в силу закон об ответственности поисковиков за отказ удалять из выдачи заблокированные сайты.

В декабре внесены новые законопроекты, угрожающие свободе Интернета, главный из них — так называемый закон о суверенном Рунете. Он даёт возможность управлять трафиком между российскими и зарубежными серверами и многое другое, вплоть до введения в российском сегменте Сети неких «чрезвычайных режимов».

Соавтор доклада «Агоры» Дамир Гайнутдинов в комментарии News.ru пояснил, что пока в России нет таких механизмов фильтрации интернет-трафика, как в Китае, однако вполне возможно, что именно вариант электронной цензуры по образцу КНР Кремлю видится властям желаемым.

«Система цензуры пока ещё не так эффективна, и позорные попытки заблокировать Telegram это подтверждают. Но то, что они хотели бы построить эту систему по китайскому образцу, весьма вероятно. Для этого, например, они пытаются вынудить глобальные платформы к более тесному сотрудничеству, а также продвигают „закон о суверенном Рунете“ и активно способствуют монополизации рынка телекоммуникаций. „Пакет Яровой“, к примеру, совершенно точно убьёт небольших операторов, оставив в стране лишь нескольких крупнейших игроков, в той или иной степени контролируемых государством», — заявил Гайнутдинов.

Резюмируя, авторы доклада отмечают, что делегирование полицейских и цензорских функций частным игрокам не только минимизирует ущерб репутации, но и более оправданно с точки зрения расходования ресурсов и эффективности контроля. С другой стороны, ополчившись на сервисы, российские власти фактически подтвердили, что не могут полностью их контролировать и зависят от позиции частных компаний, говорится в докладе.