Бывший обладатель пояса чемпиона UFC в легчайшем весе Пётр Ян заявил, что не считает себя проигравшим по итогам второго поединка с Алджамейном Стерлингом. Беспощадный назвал варианты для следующего боя в лиге, а также признался, что не испытывает неприязни к бывшему сопернику. Также Ян раскритиковал Сергея Харитонова и выразил восхищение формой Жозе Альдо.

— Сколько раз пересматривали бой со Стерлингом? Какие выводы сделали после него?

— Бой со Стерлингом посмотрел один раз. Первый и второй раунд. Больше не смотрел. Это первый бой, который я не смотрел и после боя не пересматривал. До сих пор не сели посмотреть. Пока нет желания его разбирать.

Понимаю, что это индивидуальный вид спорта, винить можно только себя. Пока понимаю и помню, какие ошибки допускал во время боя, поэтому ничего и не смотрел.

— После поединка вы сказали, что судьи вас «ограбили». Вы погорячились или по-прежнему так считаете?

— По тем ощущениям, которые были на тот момент, я считал, что выиграл. Даже сейчас я не могу сказать, что проиграл, но и не скажу, что выиграл. До сих пор нахожусь в непонятном состоянии. Понимаю, где допустил ошибки во втором и третьем раундах.

— Что ощущали, когда Стерлинг пытался выйти на удушающий?

— В какой-то момент я понял, что ему удобна позиция, где он работает со спины. Я понимал, что если допущу ошибку, он попытается провести удушающий. Есть особенность в защите. Знаю, что меня сложно задушить, но и выйти с этой позиции проблемно, когда у соперника сильные ноги.

Пётр Ян в поединке против Алджамейна СтерлингаФото: Louis Grasse/Keystone Press Agency/Global Look PressПётр Ян в поединке против Алджамейна Стерлинга

— Проигранные второй и третий раунды сказались как-то психологически?

— Конечно, я понимаю, что проиграл эти раунды. Нужно было что-то делать в последних раундах. И угол мне тоже говорил это, и сам я понимал. Я дрался пятираундовые бои. Четвёртый и пятый считаются чемпионскими. В России они больше оцениваются с точки зрения общей картины поединка. Взять второй и третий раунды Стерлинга. Да, он пытался выиграть, но я не скажу, что он нанёс мне серьёзный урон, даже по сравнению с четвёртым и пятым раундами. После пятого раунда я чувствовал, что одержал победу.

— За счёт чего переломили ход боя?

— В четвёртом и пятом раундах я не дал Стерлингу себя перевести, хотя были попытки. Я не дал ему за себя зацепиться и занять позицию.

— Не было желания закончить бой досрочно?

— Желание было. Нужно было. Сейчас понимаю, что много ошибок совершил, много осторожничал. Помню, когда он создавал провокационные моменты и ждал от меня запрещённых действий, опускаясь на колено.

— В бою Майкла Чендлера и Чарльза Оливейры у американца была ситуация, когда он был в захвате, но сумел развернуться на 180 градусов и оказаться сверху. Чем этот технический элемент сложен? Была ли возможность его провести?

— Возможность была, наверное, если бы я имел больше опыта в выходе с этой позиции. Всегда, когда попадал в такие позиции, ставил задачу — не дать себя задушить. Меня не могли задушить в этой позиции. А именно на выход с этой позиции навыков мало. Если есть приём, есть и антиприём. Но вот я не смог.

— Стоило тренировать больше борьбу?

— Многие говорят об этом. Но должно быть всё в совокупности. Я немного растерял свои сильные стороны, которыми раньше переламывал соперников. Сейчас стал больше планировать, выстраивать тактический поединок, осторожничать.

Пётр Ян в поединке против Алджамейна СтерлингаФото: Louis Grasse/Keystone Press Agency/Global Look PressПётр Ян в поединке против Алджамейна Стерлинга

— Почему вы жёстко ответили Сергею Харитонову, который заявил, что вы мало тренировались?

— Харитонову вообще не стоило открывать свой рот после своих ситуаций и что-то про меня говорить. Какие-то дешёвые словесные перепалки.

— Насколько сказалась недооценка соперника?

— Не было недооценки соперника. Он хорошо подготовился. Я проиграл себе. Ошибки, которые я допустил, — это мои ошибки. Много глупостей наделал. Это мой путь. Путь единоборств, он такой — сегодня ты на коне, завтра другая ситуация. Считаю, что я ещё молод. У меня всё есть, чтобы бить, возвращаться, побеждать.

— Было ли давление от постоянного обсуждения вашего первого боя?

—Такого, чтобы я думал, что сейчас выйду и размажу Стерлинга, точно не было. Все эти диалоги надо как-то поддерживать, отвечать на гадости. Таков бизнес. Видел, что выкладывает Мераб. Прекрасно понимаю, для чего это делается. У него недавно спросили, хочет ли он драться с Петром Яном, на что Двалишвили ответил, что сейчас другие планы. Болтать можно много. Я подошёл к нему без камер, он сказал: «У тебя скоро бой, сосредоточься на нём». Через два часа встречаю его, где камеры, он выбежал на меня с криками «держите меня».

— Вам самому Мераб Двалишвили интересен как соперник?

— Для меня интересен любой поединок. Если организую этот бой, я подерусь. Сейчас в приоритете бой с топ-5. Например, Марлон Вера на пятом месте. Он свободен по датам и довольно непростой соперник. Он проиграл только Альдо, он интересный оппонент.

— Стерлинг в состоянии пройти Диллашоу?

— Всё возможно. Но я больше склоняюсь к тому, что Диллашоу выиграет.

— Нужен ли англоязычный человек в углу? В пылу борьбы не все указания угла понятны.

— Бывают сложности в переводе, но в углу всегда те люди, которые тебе помогли. Маркос Парумпа и Артём Левин — хорошие специалисты. К сожалению, у Кайрата не получилось прилететь, потому что с ним понимание и чувствительность уже есть.

Пётр ЯнФото: Louis Grasse/Keystone Press Agency/Global Look PressПётр Ян

— Будете искать оптимальный угол?

— Есть ребята в Америке. Если будут там бои, они будут мне помогать. Не хочется кого-то менять. Очень важен момент взаимной коммуникации. Может, есть профессионалы, но мне больше важна атмосфера в зале. Опять же, на все нужно время, чтобы с тренерами поработать и понять друг друга.

— Теоретически Олег Тактаров мог быть в вашем углу?

— Стилистика и база поединков Олега Николаевича отличаются. Я стараюсь минимизировать количество самбо, так как не являюсь базовым борцом. С точки зрения советов у нас есть с ним контакт. В плане углового не могу точно сказать. Иногда важно просто зарядить, как Левин.

— Можете рассказать про ситуацию с российским флагом?

— Ещё до моего турнира с флагами не разрешали выходить. Никто не говорил про запреты. Ситуация была такая, что на трибунах просто освистывали. Сделали так, чтобы не провоцировать публику. Все знают, откуда я, просто избежали провокационного момента. Уже был турнир, где запрещали выходить с флагами. Решили, что так будет лучше.

— Вы воспринимаете Стерлинга как чемпиона?

— Не воспринимаю. У меня с ним затянулись два противостояния. Не сказал бы, что он сделал что-то чемпионское, что в первом, что во втором поединке. Он тоже молодец, что верит в себя и визуализирует. Но пока не могу считать его чемпионом.

— Перестал ли он быть клоуном и артистом?

— Он не может перестать быть актёром, как минимум потому, что он учился на актёра. Это с ним на всю жизнь. Клоунское в нём тоже есть. Это же не плохо. Клоуны тоже бывают весёлые.

— Если Стерлинг как-нибудь предложит вам выпить с ним пиво, вы согласитесь?

— Зачем мне это надо? Не могу ответить на этот вопрос.

— В перспективе отношения со Стерлингом могут стабилизироваться? Не пройдена ли черта?

— У меня нет категоричности к нему. Если мы где-то пересечёмся, возможно, разойдёмся, возможно, подерёмся, может, мимо пройдём.

— Вы говорили, что один из важных людей, кто ждёт бой, — это ваш сын. Как выглядел диалог с ним после боя?

— Данька расстроился. Я объяснил ему, что мы проиграли бой, но не проиграли войну. Вернёмся, всё стабилизируется.

— Анатолий Малыхин поспорил с Мерабом Двалишвили на 50 тысяч долларов на вашу победу. Успели ли ему посочувствовать?

— Не могу сочувствовать человеку, который может поспорить на 50 тысяч или миллион долларов, поставив на мою победу. Увидимся в Таиланде — посочувствую. Раз человек спорит на такие деньги, значит, может себе позволить. Я ни с кем не спорил на такие деньги, хотя могу себе позволить.

Пётр Ян в поединке против Алджамейна СтерлингаФото: Louis Grasse/Keystone Press Agency/Global Look PressПётр Ян в поединке против Алджамейна Стерлинга

— Есть ли у UFC какая-то информация по титульному бою? Если у Ти Джея Диллашоу опять возникнет неопределённая ситуация, кто следующий претендент?

— Не владею этой информацией. Знаю, что я точно не буду драться. Многие ребята ждут, желают подраться за пояс. Я готов побить кого-нибудь ещё.

— Если бы UFC предложил провести бой с Умаром Нурмагомедовым?

— Не рассматриваю никого, кроме топ-5.

— Воодушевило, что после сохранения титула Стерлинга не поддержали в зале? Поддержали вас, а его освистали.

— Его тоже стоило поддержать. Он тоже к этому шёл. Думаю, что многие по отношению к нему поменяли свою точку зрения. Он трудится и заслуживает любви фанатов.

— Подсознательное желание — выйти на Стерлинга или на человека, который побьёт его в следующем поединке?

— Нет такого, что на Стерлинга. Надо побеждать и стараться попадать в титульную гонку, а кто — уже не важно. Не скажу, что мне очень интересен был бы бой со Стерлингом. Кто будет, с тем будем драться.

— Когда вы дрались с Кори Сэндхагеном, Стерлинг топил за него. Когда у Стерлинга будет бой с другим бойцом, будете болеть за его соперника?

— Нет, не буду топить против Стерлинга. Я как-то к этому равнодушен. Для меня это спорт, в котором побеждает сильнейший. В моих понятиях нет такого.

— У вас с Хамзатом Чимаевым и Дарреном Тиллом один спонсор. Может быть такое, что вы станете одной командой?

— Думаю, что вряд ли получится с ними потренироваться, так как разные весовые и каждый формирует лагерь под свою стилистику.

— Почему на второй пресс-конференции вы вели себя сдержаннее?

— Я не понимал, что происходит. Понимал, что они провоцируют своими выкриками. Сидеть и отвечать на его слова своими такими же выкриками не хотел. Не хотелось создавать свою кашу.

— Сейчас вы ориентированы на интервью и раскрутку себя в Америке?

— Я не нацелен на какую-то публику. По большому счёту, я и американской публике ничего не даю. Есть обязательства в UFC с кем поговорить, я это делаю. Почему минимизировал это? Мне так комфортнее. Тренируюсь, занимаюсь своими делами. Индустрия ограничена. Выдумать что-то в плане вопросов непросто. А через месяц после боя не хотел никому отвечать. Возможно, это неправильно.

— Генри Сехудо был включён в пул тестирования. Он может вернуться на прежний уровень?

Раз решил вернуться, значит, что-то планируется. Дэйна Уайт и Генри долго что-то говорили. Думаю, что Дэйна сподвиг его как-то.

— Он вам периодически что-то пишет.

— И я, и вы все знаете, для чего он это делает. Но чтоб какая-то личная неприязнь была... Такого нет.

Пётр ЯнФото: Louis Grasse/Keystone Press Agency/Global Look PressПётр Ян

— Но он не в топ-5?

— Без разницы, будет ли в топ-5, если захочет, можно подраться.

— Есть ли в легчайшем дивизионе UFC боец, который вызывает у вас симпатию?

— Много бойцов. Например, мне всегда Диллашоу импонировал. В ситуации с Коди Гарбрандтом хотел как-то помочь ему. В принципе, много ребят. Жозе Альдо вообще красавец. Он побил очень много топовых ребят. Научился вкладываться в вес, готовиться. Он проиграл мне в боксе — начал оттачивать его. Он уже очень долго дерётся, мне нравится, как он выступает. Думаю, скоро подерётся за пояс.

— Как часто останавливаетесь от поступков, которые раньше совершили?

— Раньше не думали о последствиях. Сейчас я хочу спокойно подраться и вернуться к семье. В США одно неправильное движение — и ты можешь загреметь в тюрьму. Надо относиться ко всему хладнокровно. Спровоцируешь человека — и разное может случиться.

— Как относитесь к поступку Колби Ковингтона, что он подал заявление на Хорхе Масвидаля?

— Вообще несерьёзно. «Потушите» его, как Харитонова. Он столько гадостей говорил, и тут произошла такая ситуация. Незачем говорить тогда, если ты не отвечаешь за свои слова.