14 июня исполнился ровно год со дня старта первого в истории чемпионата мира по футболу, прошедшего в нашей стране. News.ru размышляет, как этот грандиозный турнир повлиял на нашу национальную сборную, её восприятие болельщиками и на весь российский футбол в целом.


«23 брата, никто не был лишним»

Когда разговор заходит о прошлогоднем футбольном фестивале, на целый месяц захватившем в свои объятия нашу страну, первым делом вспоминается один-единственный день — воскресенье, 8 июля. Накануне поздним вечером в драматичном четвертьфинальном матче на стадионе «Фишт» в душном Сочи российская сборная уступила хорватам только в серии пенальти. А уже на следующий день в полном составе приехала в главную фан-зону ЧМ-2018 на Воробьёвых горах в Москве. И собрала море своих поклонников, пришедших поблагодарить команду Станислава Черчесова за подаренный праздник и почти свершившееся чудо.

А ведь до вечера того самого 14 июня, когда россияне провели матч открытия мундиаля с командой Саудовской Аравии, в наших футболистов мало кто верил. Равно как и в самого Черчесова. Кто-то из болельщиков называл его «физруком», кого-то бесил «солдафонский юмор» Станислава Саламовича, многие с пеной у рта доказывали, что без Игоря Денисова сборную ждёт провал, а иные предсказывали ей громкое фиаско при любых раскладах и в любом составе. Большинство же с каким-то мазохистским наслаждением заранее упивалось невыходом россиян из сравнительно лёгкой группы, смакуя неизбежную отставку упрямца Черчесова.

Дмитрий Киселёв/News.ru

Но Саламыч и его бойцы (а в том, что российские футболисты в кои-то веки на крупнейшем турнире оказались именно воинами, а не кашей-размазнёй, мы всё больше убеждались с каждым сыгранным нашей командой матчем) именно упрямо, не обращая внимания на жесточайший информационный и психологический прессинг, гнули свою линию. И доказали, что ничего невозможного в футболе нет.

Не будем сейчас вдаваться в подробности тактических и кадровых находок Черчесова, вспоминать перипетии всех пяти проведённых на мундиале матчей, просто констатируем: наша сборная почти сотворила чудо. Остановилась буквально в шаге от него. Потому что если бы мы прошли хорватов и играли в полуфинале, это стало бы настоящей сказкой для российского футбола. Сказкой, которая на глазах превращалась в быль.

У нас очень хорошие ребята, но в топ-клубах мы не играем. Наша задача — быть конкурентоспособными, каждый должен быть в командном механизме правильным винтиком. В матче с хорватами мы в сумме пробежали 150 километров, они — 141. В нашей сборной были 23 брата, мы сделали правильный выбор, никто не был лишним. Это нашу сборную и выделяло, — уверен Черчесов.

Впрочем, главным итогом выступления сборной России на домашнем чемпионате мира стало коренное изменение отношения к себе со стороны болельщиков. За месяц команда Черчесова прошла путь от всеобщего неверия, скепсиса, а порой и уничижительного пренебрежения до всепоглощающей любви и трепетного почитания. Июльская восторженная толпа на Воробьёвых горах была лишь началом этой эмоциональной волны, накрывшей всю страну к концу чемпионата и сразу после него.

«Лужники — часть футбольного храма»

Логично было ожидать, что успех сборной на чемпионате мира породит и другую волну — небывалый рост посещаемости матчей национального первенства. Разумеется, сыграло свою роль и то, что людям просто хотелось продлить ощущение праздника, вновь и вновь приходя на трибуны 12 современных арен, построенных к мундиалю.

Сборная РФ на матче против Уругвая Сборная РФ на матче против Уругвая Сергей Булкин/News.ru

Но не следует забывать, что в премьер-лиге на июль 2018 года были задействованы лишь шесть из этой дюжины стадионов — питерская «Газпром Арена», столичная «Открытие Арена», сооружения в Казани, Ростове-на-Дону, Самаре и Екатеринбурге. Выносим за скобки «пафосную» главную арену мундиаля — «Лужники», на которой после ЧМ почти в футбол не играли, и вспомним, что пять оставшихся стадионов — в Нижнем Новгороде, Калининграде, Волгограде, Сочи и Саранске — собирали по 30–40 тысяч зрителей на матчах первого российского дивизиона (ФНЛ).

К зиме, правда, энтузиазм болельщиков на периферии стал иссякать, но весенний рестарт национальных чемпионатов в премьер-лиге и низшем дивизионе вновь вернул зрителей на трибуны — пусть и в чуть меньших количествах. А ещё более наглядно опровергают нашумевшее в своё время изречение бывшего наставника сборной Леонида Слуцкого о том, что Россия — нефутбольная страна, матчи российской сборной, грамотно проводимые вдали от столичных мегаполисов. Практика показывает, что народ валом валит «на Дзюбу» и в Калининграде, и в Саранске, и в Нижнем, заполняя арены практически под завязку и не смущаясь уровнем соперников типа Сан-Марино и Кипра.

Все ваши стадионы мне понравились. Но я помню, какими «Лужники» были раньше — я там играл против «Спартака» и впервые сыграл на искусственным газоне. А сейчас там совсем другая арена — это, можно сказать, часть футбольного храма, — признался бывший нападающий ЦСКА и один из тренеров сборной Хорватии на ЧМ-2018 Ивица Олич.

Джанни ИнфантиноДжанни ИнфантиноСергей Булкин/News.ru

Идею о расширении подсмотрели у Инфантино?

Впрочем, не всё так благостно в нашем футболе спустя год после мундиаля. Если сборная, как мы убедились, достаточно твёрдо стоит на ногах и купается в народной любви, продолжая решать задачу выхода на Евро-2020, то с клубами дело обстоит сложнее. В еврокубках мы по-прежнему несостоятельны (барьер группового турнира Лиги чемпионов остаётся непреодолимой преградой, да и в Лиге Европы дальше второго раунда плей-офф редко кто из наших проходит), по лимиту на легионеров как шли, так и продолжают идти ожесточённые споры, и до «согласия в товарищах» здесь очень далеко. А вопрос, между тем, принципиальный: кто-то уверен — и не без оснований, — что именно лимит помог сборной достойно выступить на домашнем чемпионате мира, другие ратуют за полную отмену ограничений на число иностранных игроков в наших клубах, аргументируя свою позицию тем, что отсутствие лимита создаст здоровую конкуренцию и, как следствие, почву для прогресса молодых российских футболистов.

А что касается возможной революции в Российской премьер-лиге — её возможного расширения до 18 клубов, — вполне вероятно, инициаторы этого шага просто решили быть в тренде мирового футбола. Ведь президент Международной федерации (ФИФА) Джанни Инфантино уже добился того, что на чемпионате мира — 2026, который пройдёт в США, Канаде и Мексике, будут играть 48 сборных. Существовала вероятность, что и на ближайшем мундиале в Катаре в 2022 году болельщики тоже увидят почти полсотни стран-участниц, но в итоге от этой затеи отказались. Скорее всего, по той причине, что этот турнир впервые в истории пройдёт не летом, а в ноябре–декабре, и в более сжатые сроки. Поэтому, чтобы попытаться перехватить у мундиаля-2018 в России негласный титул лучшего чемпионата мира в истории, увеличивать количество сборных при таких обстоятельствах боссы ФИФА благоразумно сочли нецелесообразным.

Интересно, хватит ли здравого смысла у российских «футбольных революционеров»?