Смертные приговоры, вынесенные трем захваченным в Мариуполе наемникам, были предсказуемы.
В Донбассе много говорили о вероятности нахождения в подземельях «Азовстали» многоязыкого наемничества. Ссылались даже на радиоперехваты сразу на шести языках. Поговаривали, что в подземных катакомбах мог скрываться канадских генерал или высокопоставленные инструкторы из США или Франции. Но в результате захвачена была только тройка «солдат удачи» в составе двух британцев — Шона Пиннера и Эйдема Аспена — и марокканца Саадуна Брагима. При этом документы ликвидированных в боях наемников время от времени демонстрировались широкой публике.

Понятно, что быстрота с вынесением приговоров отражает, с одной стороны, желание поддержать интерес к этой выигрышной для нас теме. А с другой — поднять еще выше ставки в игре с коллективным Западом, который действует за украинской сценой, управляя местными марионетками.

Собственно, тот факт, что приговор не спешат приводить в исполнение, оставляя время для апелляции и иных возможных в этой связи юридических процедур, позволяющих затягивать процесс, лишний раз говорит о том, что в Кремле не склонны окончательно захлопнуть дверь перед Западом, оставляя ее приоткрытой. Понятно, что прежде всего в Москве ждут реакции британских властей, которых уже активно теребят родственники наемников. Пока реакция вполне предсказуемая: Лондон не намерен вступать в прямые переговоры с донбасскими республиками, поскольку это может быть истолковано как их признание. А потому идут призывы к ООН и Красному Кресту вмешаться в ситуацию. И заставить относиться к приговоренным как к военнопленным.

Конечно, и тут британцы идут по тонкому юридическому льду: если их соотечественники военнопленные, то выходит, что Лондон не только оружием, но и живой силой напрямую участвует в боестолкновениях на Украине. И может быть признан стороной конфликта.

Россия и Запад протестируют друг друга наемникамиФото: Shutterstock

Правда, мы же помним, как правительство Маргарет Тэтчер хладнокровно позволило умереть от длительной голодовки в тюрьме ирландским патриотам, обвиненным в терроризме, хотя один из них уже в заключении был избран депутатом британского парламента. А боевики террористической организации ИГИЛ публично казнили Дэвида Хэйнса и нескольких «британских шпионов». Но сдержанность Лондона, не предпринявшего особых попыток для их освобождения, могла быть объяснена нежеланием мараться контактами с кровавыми ублюдками.

Тут ситуация другая: публичный суд, чистосердечные признания боевиков, явно сделанные не под пытками, а под тяжестью собранных улик. Возможность адвокатских апелляций. Реальная надежда на смягчение наказания. Не исключено, что в Лондоне надеются, что неприятная ситуация сама по себе как-то рассосется. И все завершится обменом и возращением наемников в родные пенаты.

В конце концов можно организовать многочисленные обращения с призывами к гуманизму авторитетных ученых, увенчанных лаврами деятелей искусства, нобелевских лауреатов, которые попросят от лица мирового сообщества не проливать кровь и сохранить наемникам высшую ценность — жизнь. Правда, все эти воззвания будут направляться, естественно, в Москву, а наши власти показным манером перенаправят их в Донецк. И круг вновь замкнется.

Впрочем, не стоит думать, что в этой ситуации время будет работать на бриттов. Наемники в заключении не будут молчать, смогут вспомнить немало интересного о своих товарищах с британскими паспортами. Общественность в самой Великобритании будет постоянно давить на правительство. И по мере поступательной демилитаризации Украины феномен осужденных наемников может стать прикрытием для более значимых компромиссов.