Минобороны России заявляет о координации авиаударов ВКС по Идлибу с Анкарой. Турция не подтверждает и не опровергает информацию, но заявляет о планах по созданию с Россией «координационного центра»? и по-прежнему планирует совместно патрулировать регион. Международное сообщество в лице ООН напоминает о недопустимости эскалации. Портал News.ru попытался разобраться, зачем в действительности Россия стала наносить удары в зоне, о дальнейшем функционировании которой президенты Владимир Путин и Реджеп Эрдоган в сентябре договорились в Сочи. 


14 марта заместитель генерального секретаря ООН по гуманитарным вопросам Марк Лоукок заявил о недопустимости проведения полномасштабной военной операции в сирийском Идлибе.

«Позвольте мне повторить то, что мы заявляли: масштабный военный штурм против Идлиба привёдет к крупнейшей гуманитарной катастрофе, которую мы видели в XXI веке. Это просто неприемлемо», — сказал Лоукок, имеея в виду перенаселённость провинции.

В свою очередь, глава турецкого министерства обороны Хулуси Акар сообщил, что Турция и Россия работают над созданием «единого координационного центра в Идлибе», а договорённость с российским коллегой Сергеем Шойгу «открыла путь к организации совместного патрулирования в провинции». При этом глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу на третьей международной донорской конференции по Сирии в Брюсселе в очередной раз заявил о существенном вкладе Сочинских соглашений в нормализацию ситуации в Идлибе. По его словам, договорённости помогли предотвратить гуманитарную катастрофу в регионе и очерёдную волну беженцев из Сирии.

Миролюбивые заявления турецких министров делаются на фоне серии авиаударов, которые нанесла по Идлибу российская авиация. 13 марта представители Минобороны РФ заявили журналистам, что нанесли «точечный авиаудар» по складу вооружений и боеприпасов группировки «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ, в январе 2017 года в коалиции растворилась запрещённая в России «Джебхат ан-Нусра»).

«По подтверждённой по нескольким канала информации, накануне на указанный склад боевиками была доставлена крупная партия ударных беспилотных летательных аппаратов. Террористы планировали использовать их для воздушного нападения на российскую авиабазу Хмеймим», — сообщили в российском военном ведомстве.

Удары, как заявили в Минобороны, были скоординированы с турецкой стороной. При этом никто из официальных представителей Турции до сих пор ни подтвердил и ни опроверг сообщения российского военного ведомства. Но турецкий телеканал NTV со ссылкой на источники среди силовиков категорически отмёл какую-либо координацию при нанесении авиаударов по Идлибу.

Обращает на себя внимание и то, что первые сообщения об ударах российской авиации по объектам в провинции Идлиб появились ещё 9 марта. Но  Минобороны опровергло эту информацию: представители ведомства заявили, что не стоит доверять сомнительным источникам, и «никаких ударов по целям в провинции российская авиация не наносила».

В то же время, гражданские активисты и оппозиция в Идлибе подверждают, что с 9 числа авиация нанесла не менее 12 ударов, в том числе и в жилых районах. В ходе одного из ударов была разрушена тюрьма, в результате оттуда сбежали заключённые — как представители проправительственных войск, так и члены «Исламского государства» (ИГ, организация запрещена в РФ). Также было совершено два авианалёта на палаточный лагерь беженцев недалеко от города Саракиб, в ходе которых, по сообщениям активистов, погибли две женщины. Всего, возможно, было убито 12 мирных жителей, 45 ранено.

Идлиб, СирияИдлиб, СирияMuhmmad Al-Najjar/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Как передаёт турецкое агентство Anadolu, с начала 2019 года в результате обстрелов провинции, произведённых «силами сирийского режима и поддерживающими их иранскими группировками в нарушение Сочинских соглашений», было убито 132 и ранено 420 мирных жителей.

С одной стороны, многое указывает на эскалацию ситуацию, которая происходит на фоне сообщений о том, что Анкара даже пригрозила выйти из Астанинского формата переговоров, если артиллерийские и авиаудары будут проводиться без какой-либо координации. Не исключено, что Москва поднимает ставки для того, чтобы Анкара предприняла более решительные меры для разблокировки автомагистралей в Идлибе и надавила на радикальную оппозицию из «Хайят Тахрир аш-Шам», принудив её к роспуску как структуры. 

С другой стороны, Турция, как прямой переговорщик с отрядами оппозиции, вряд ли будет подтверждать координацию с Россией по авиаударам. Хотя не исключено, что она использует этот фактор для давления на радикалов, которые сумели укорениться в перенаселённой провинции и выдавить из неё большинство отрядов умеренных повстанцев, принимавших участие в переговорах в Астане. При этом условно пророссийские отряды проправительственных войск — 5-го корпуса — в последнее время пытались оттеснить проиранские отряды от демилитаризованной зоны в Идлибе, чтобы они не могли нарушить российско-турецкие договорённости и не продвинуться вперёд в случае начала ограниченной, но согласованной в Москве и Анкаре операции. 

Нанося авиаудары по Идлибу, Россия хотела продемонстрировать, что она таким образом продолжает борьбу с радикальными террористическими группировками, полагает руководитель Центра исламских исследований Института инновационного развития, эксперт Российского совета по международным делам Кирилл Семёнов.

«Это — демонстрация силы и месседж о том,  что российские военные будут наносить удары тогда, когда посчитают нужным», — отмечает эксперт в комментарии News.ru.

Также, по мнению Семёнова, Россия свои действия с Турцией, скорее всего, не координировала, а поставила Анкару в известность непосредственно перед началом авиаударов. Заявление Хулуси Акара о создании «координационного центра» как раз и было сделано в ответ на российские удары. Видимо, с целью снизить градус напряжённости вокруг ситуации.

 «Что касается совместного патрулирования провинции, то пока это маловероятно. В таком случае российским военнослужащим придётся открыто идти на переговоры с представителями коалиции ХТШ, которую в России считают террористической организацией, поскольку с начала 2019 года существенная часть провинции находится под контролем её отрядов», — добавляет Семёнов.

В то же время он считает, что полномасштабная военная операция в провинции в ближайшее время вряд ли возможна. Обострение ситуации в Идлибе и, тем более, военные действия в провинции сейчас невыгодны Анкаре. Поскольку накануне местных выборов подобные действия будут восприняты противниками как сдача позиций Эрдоганом: 

«А любая операция в обход Турции существенно ударит по её репутации, поэтому Анкара постарается не допустить этого всеми имеющимися средствами».

Сейчас, напоминает Семёнов, в провинции находятся турецкие военные — в случае, если им будет угрожать опасность, они будут отвечать. Россия так же не заинтересована в серьёзном обострении, и ещё какое-то время в провинции будет сохраняться установившейся после заключения Сочинского соглашения статус-кво, заключает эксперт.