В Советском Союзе престиж человека измерялся не только должностью или метражом квартиры, но и вполне конкретными вещами. Импортная одежда, техника или парфюм становились в СССР символами престижа и маркерами статуса: по ним можно было судить о связях, достатке и умении «достать» то, чего не было в свободной продаже. Зарубежные товары в СССР были не просто предметами быта — они были знаками принадлежности к особому кругу. Давайте разберемся, какие именно вещи из-за границы обладали таким статусом.
Феномен преклонения перед фирменными этикетками объяснялся не столько реальными утилитарными характеристиками изделий, сколько их тотальной недоступностью в свободной продаже.
Яркая полиграфия, качественная фурнитура, продуманная эргономика и смелые фасоны резко выделялись на фоне ассортимента государственных универмагов.
Свободный доступ к западным или социалистическим брендам имели дипломаты, моряки загранплавания, артисты, спортсмены и торговые работники.
Фирменные вещи берегли годами, передавали родственникам или выгодно перепродавали.
Именно поэтому многие импортные вещи в Советском Союзе воспринимались не как расходный материал, а как ценный актив и предмет коллекционирования. Западный предмет, попадая в дом, часто переставал выполнять утилитарную функцию и превращался в знак.
Абсолютным лидером потребительских мечтаний нескольких поколений молодежи в СССР выступала иностранная одежда, способная превратить своего владельца в главную звезду двора или студенческой аудитории.
Американские и европейские джинсы были мечтой всех модников. Настоящий деним марок Levi’s, Wrangler, Lee и Rifle ценился на вес золота. Особым шиком считались плотная ткань, «трущиеся» швы и фирменный кожаный лейбл на поясе. Цена одной пары у фарцовщиков достигала 150–250 рублей при средней зарплате инженера в 120–150 рублей.
Спортивная обувь Adidas, Puma и Romika вошла в моду после Олимпиады-80. Кроссовки носили не только в спортзал, но и под классические брюки или джинсы в любую погоду.
Кожаные куртки и дубленки (особенно турецкие и югославские) с конца 1960-х стали вытеснять классические пальто и меховые шубы, превратившись в мечту молодежи и взрослых.
Нейлоновые рубашки, болоньевые плащи и синтетические комбинации (из ГДР и Чехословакии) были атрибутом советской модницы. В 1960-е годы легкости в уходе и яркости импортной синтетики завидовали все, хотя позже выяснилось, что она плохо пропускает воздух.
Качественная иностранная одежда в СССР служила безотказным пропуском в модные компании и предметом белой зависти одноклассников.
Вторая группа желанных приобретений касалась домашнего досуга и музыкальной культуры. Японская и европейская электроника зачастую опережала отечественные аналоги по компактности, дизайну и качеству звучания. Так что это были одни из самых популярных зарубежных товаров в СССР среди тех, кто следил за техническими новинками.
Японские двухкассетные магнитофоны модели от Sharp, Sony, Panasonic и JVC с мигающими индикаторами звука и возможностью перезаписи кассет на высокой скорости были мечтой каждого меломана. Вынести такой аппарат на лавочку во двор означало мгновенно собрать вокруг себя весь район.
Видеомагнитофоны — не только иностранные, но и советские — были пределом мечтаний. «Электроника ВМ-12» и оригинальные японские аппараты VHS открывали доступ к западному кинематографу. Владельцы видеомагнитофонов устраивали закрытые домашние киносеансы для друзей.
Такие технологичные зарубежные товары в СССР формировали вокруг себя целые молодежные субкультуры и домашние видеосалоны. Их счастливым обладателям не нужно было идти в кино.
Советские женщины проявляли чудеса изобретательности в уходе за собой, однако настоящие символы престижа в мире красоты привозились в СССР из Франции, Польши и ГДР.
Французские духи появились в стране в 1970-е годы. Флаконы Climat, Magie Noire, Diorissimo, Chanel № 5 или Fidji дарили на юбилеи и берегли для самых торжественных выходов в театр или ресторан. Даже пустой флакон не выбрасывали, храня его в шкафу для ароматизации белья.
Декоративная косметика из-за рубежа считалась лучшей. Наборы теней Pupa, пудра Lancôme и польская косметика Pollena ценились за стойкие пигменты, перламутр и изящные футляры с зеркальцами.
Техника и косметика СССР зачастую уступала импорту именно в эстетике упаковки и разнообразии оттенков. Аромат говорил не только о достатке, но и о доступе к дефицитному товару, а значит, о нужных знакомствах. Эти продукты были маркерами красивой жизни.
Для детей и подростков главным окном в большой мир становились гастрономические редкости, которые привозили родственники из зарубежных командировок или столичных поездок.
Импортная жевательная резинка — пластинки Wrigley’s Spearmint, Juicy Fruit, Donald и Turbo — была настоящей школьной валютой. Вкладыши от жвачек коллекционировали, обменивали и разыгрывали на переменах, а саму резинку могли жевать по очереди или убирать в фольгу до следующего дня.
Газированные напитки в жестяных банках появились перед Олимпиадой-80. Cola и Fanta тогда вызвали настоящий фурор. Пустые алюминиевые банки некоторые дети не отправляли в мусор — их мыли и выставляли на серванты в качестве модного элемента декора.
Подобные дефицитные товары дарили детям в СССР ощущение праздника и причастности к современной мировой культуре.
За чем еще охотились в СССР? В мужской среде статусность подчеркивали мелкие повседневные детали, которые доставали из кармана пиджака в компании друзей или деловых партнеров.
Американские сигареты и газовые зажигалки — мягкие пачки Marlboro, Camel и Winston, а также многоразовые зажигалки Ronson или прозрачные одноразовые Cricket с регулятором пламени считались признаком респектабельности.
Полиэтиленовые пакеты с яркими принтами тоже были символом статуса! Сегодня это звучит удивительно, но прочный пакет с логотипом Marlboro, изображением западных актеров или машин заменял портфель и сумку. Его бережно стирали, сушили на прищепках и носили месяцами, пока не стирался рисунок.
Поскольку на полках обычных магазинов импорт появлялся редко и сопровождался многочасовыми очередями, в стране сформировалась целая система альтернативного распределения. Основных каналов получения импорта было несколько.
Сеть магазинов «Березка» — закрытые торговые точки, где расчет велся не на обычные рубли, а на специальные сертификаты и чеки Внешпосылторга, которые получали граждане, работавшие за рубежом.
В комиссионные магазины сдавали вещи моряки, дипломаты и туристы. Настоящие ценители моды знали дни завоза и дежурили у прилавков с утра.
Нелегальные перекупщики — фарцовщики — скупали вещи у иностранных туристов в центре Москвы, Ленинграда и портовых городов, перепродавая их с многократной наценкой.
Наконец, помогали связи: знакомый, работающий на крупной базе одежды, моряк, артист, просто человек с родственниками за границей — такие люди ценились на вес золота.
Несмотря на риски, стремление многих граждан СССР заполучить редкие зарубежные товары подпитывало теневую торговлю на протяжении десятилетий.
Оглядываясь назад, важно сохранять объективный взгляд на материальную культуру прошлого. Джинсы, кроссовки, двухкассетники, видики, французские духи, импортная косметика, жвачка, газировка в банках, американские сигареты и яркие пакеты действительно оставили глубокий след в памяти миллионов людей.
Сегодня все эти предметы доступны в любом торговом центре без очередей и переплат, поэтому они полностью утратили свою магическую ауру. Память склонна идеализировать прошлое: мы вспоминаем не столько само качество тогдашних вещей (многие из которых по современным меркам были весьма простыми), сколько яркую эмоцию обладания мечтой. Знакомые с детства товары навсегда остались в истории как живые символы престижа в СССР, отражавшие естественное стремление людей к красоте, разнообразию и ярким краскам в повседневной жизни.
От «Риги» до «Вятки»: читайте наш материал об истории стиральных машин в СССР.