Инициатива официального Триполи созвать общеливийскую конференцию вызвала сдержанную реакцию российской стороны. В МИД РФ заявили News.ru, что главная задача сейчас — это «вывести Ливию из состояния вооружённой конфронтации и наладить устойчивый инклюзивный политический процесс». Если и оценивать эту инициативу, то действительно — без однозначного одобрения. Идея организовать форум, которая принадлежит ливийскому премьеру Фаизу Сараджу, выглядит несколько однобокой с учётом того, что она фактически исключает участие в ней главы Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара, основного игрока затянувшегося вооружённого конфликта, с которым взаимодействует Россия.


В ответе на запрос News.ru российское Министерство иностранных дел сообщило, что на Смоленской площади обратили внимание на высказанную Сараджем 16 июня идею проведения представительного общеливийского форума с последующей организацией до конца текущего года парламентских и президентских выборов под контролем ООН.

Исходим из того, что главная задача сейчас — вывести Ливию из состояния вооружённой конфронтации и наладить устойчивый инклюзивный политический процесс с конечной целью преодоления раскола страны и становления единых эффективных государственных институтов, — говорится в ответе российского дипведомства порталу News.ru. — В этой связи подтверждаем нашу принципиальную позицию в пользу отказа от силовых методов борьбы за власть и безальтернативности мирного урегулирования затянувшегося кризиса в Ливии при ведущей роли самих ливийцев.

О том, что правительство национального согласия (ПНС) готовит мирную инициативу по созыву общеливийского форума, российская сторона была проинформирована ещё 13 июня. Публично Москва говорит о поддержке всех участников вооружённого конфликта в североафриканской стране. Соответствующую позицию 7 июня подтвердил заместитель министра иностранных дел Михаил Богданов. Однако российское руководство наблюдатели нередко пытаются уличить в поддержке сил ЛНА и в ставке на фигуру Хафтара, широко рассматривая его как «реинкарнацию Каддафи». В качестве аргумента зачастую приводятся ставшие традиционными визиты видного военачальника в Москву. Как бы то ни было на самом деле, любой действительно заинтересованной в ливийском примирении стороне трудно отнестись с одобрением к инициативе, которая фактически выводит за скобки целую сторону вооружённого конфликта. А если говорить о дипломатической инициативе Сараджа, то она действительно никак не предполагает приглашение для Хафтара.

Amru Salahuddien/Xinhua/Global Look Press

Выступая на пресс-конференции, Сарадж заявил, что последствия действий Хафтара говорят о том, что он не способен быть участником политического процесса. Заявление прозвучало именно тогда, когда активное наступление ЛНА на Триполи уже долгое время переживает период стагнации. Сторонники Хафтара в Объединённых Арабских Эмиратах и в Египте уже не особо не верят, что лидер ЛНА может взять Триполи, сообщил агентству Bloomberg высокопоставленный западный чиновник, знакомый с их позицией. Не исключено, что уверенность Сараджу внушили и последние оптимистичные заявления специального посланника генерального секретаря ООН в Ливии Гасана Саламе. Совсем не исключено, что предложение Сараджа носит демонстративный характер — чтобы выгодно подчеркнуть свою договороспособность и готовность разрешать ситуацию дипломатическими методами — на контрасте с Хафтаром.

В экспертной среде согласны с этим тезисом. В разговоре с News.ru руководитель Центра исламских исследований Института инновационного развития, эксперт РСМД Кирилл Семёнов заявил: Сарадж показывает, что в отличие от Хафтара он готов к конструктивному диалогу со всеми силами и не против созвать конференцию фактически на тех же условиях, на которых она планировалась ещё в середине апреля в ливийском Гадамесе, то есть до затеянной ЛНА операции. В то же время он отказывается вести переговоры с Хафтаром, который сначала фактически сорвал встречу в Палермо, а затем и весь процесс мирного урегулирования. Пока нет информации о приглашённых участниках, но, скорее всего, Триполи не против пригласить на анонсированный общеливийский форум, например, спикера базирующегося в Тобруке парламента Ливии Агила Салеха, председателя временного правительства в Аль-Байде Абдаллу ат-Тани и других представителей структур восточной Ливии, прогнозирует эксперт.

Очевидно, Сарадж рассчитывает на то, что его поддержка встретит поддержку со стороны международного сообщества, которое, в свою очередь, окажет давление на спонсоров Хафтара, прежде всего ОАЭ, Саудовскую Аравию и Египет, и, возможно, заставит военачальника отказаться от своих политических амбиций. Гипотетически это возможно, тем более что Франция, которая долгое время поддерживала Хафтара, сейчас постепенно меняет позицию в сторону общеевропейской. Заставить Хафтара уйти тоже возможно — операция против Триполи зашла в тупик, а боевые действия на истощение противника приводят к неоднозначным результатам и вообще дорого обходятся спонсорам ЛНА.

Кирилл Семёнов

руководитель Центра исламских исследований Института инновационного развития, эксперт РСМД

В свою очередь директор по Ближнему Востоку и Северной Африке Moscow Policy Group Юрий Бармин в разговоре с News.ru скептически оценил перспективы инициативы Сараджа и считает, что с ней логично было бы выходить ещё в апреле. Но Сарадж не сделал этого из-за ощущения, что с натиском Хафтара удастся справится.

Сейчас он не может призывать к диалогу с командующим ЛНА, пытается показаться миротворцем и продемонстрировать попытки частичной имплементации плана специального представителя генсекретаря ООН в Ливии Гасана Саламе. Хотя, на мой взгляд, Сарадж прекрасно понимает, что предлагаемые им семь пунктов и сама идея созыва межнационального форума нереализуемы.

Юрий Бармин

директор по Ближнему Востоку и Северной Африке Moscow Policy Group

По мнению аналитика, тезис о проведении выборов до конца текущего года — утопия: во-первых, невозможна регистрация избирателей, во-вторых, невозможно организовать голосование на востоке Ливии: в ходе весенних местных выборов из 68 муниципалитетов проголосовало меньше половины.

Сарадж — не избранный политик, а ставленник, у него большие проблемы с электоральной поддержкой, но на фоне войны за него могли бы проголосовать, — отмечает эксперт и указывает, что за счёт проведения выборов глава ПНС хотел бы легитимизироваться.

Бармин отмечает: ситуация тупиковая, но у Хафтара всё-таки есть инструменты для дальнейшего давления, а главное — понимание того, что чем дольше длится блокада Триполи, тем быстрее происходит фрагментация местных сил. Поставки вооружений в Триполи со стороны Турции странным образом всегда становятся достояние прессы, после чего на ПНС европейцы и структуры ООН начинают оказывать давление. На Хафтара же разговоры действуют слабо, потому что за ним всё-таки военная сила и поддержка Саудовской Аравии и ОАЭ, заключает эксперт.